RizVN Login



   

АКТУАЛЬНЫЕ НОВОСТИ
Печать

Протопр. Георгій Граббе: АНГЛИКАНЕ И ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

Автор: Монахиня Вера вкл. . Опубликовано в Архив РПЦЗ (Просмотров: 333)

ГЛАВА ПЕРВАЯ. 
Положеніе англиканъ въ средѣ другихъ исповѣданій.

За послѣдніе годы очень оживились сношенія между Православной Церковью и Западными исповѣданіями. Происходятъ совмѣстныя конференціи, іерархіи обмѣниваются посѣщеніями, и все это сопровождается самыми сердечными заявленіями съ обѣихъ сторонъ. Еще сто лѣтъ тому назадъ, на Западѣ ничего не было слышно о Православіи и имъ мало интересовались. Теперь пробудился къ нему интересъ. А мученичество Русской Церкви и малоазійскихъ грековъ вызвало къ намъ сочувствіе всего міра, называющаго себя христіанскимъ. Одновременно все болѣе растетъ реакція въ протестантскомъ мірѣ и въ особенности въ Англиканской Церкви.

Все это открываетъ обширное поле для православнаго миссіонерства на Западѣ. Но проповѣдь тамъ ставитъ передъ Православной Церковью чрезвычайно трудныя задачи, не только вслѣдствіе свойствъ тѣхъ, кому несется свѣтъ истинной вѣры, но и по самому составу тѣхъ православныхъ христіанъ, которые, сталкиваясь съ представителями Западныхъ исповѣданій, должны трудиться надъ /с. 45/ ихъ просвѣщеніемъ. Это миссіонерское дѣло возложено Богомъ не на самоотверженныхъ монаховъ, часто съ величайшими лишеніями путешествующихъ многія сотни и тысячи верстъ въ мало изслѣдованныхъ областяхъ, а на людей, отъ которыхъ не требуется такого явнаго самоотреченія. Однако, если условія, въ которыхъ протекаетъ ихъ трудъ, внѣшне болѣе благопріятны, самая задача, стоящая передъ ними, много сложнѣе. Встрѣчаются ученые съ учеными, при чемъ наши богословы очень часто бываютъ проникнуты взглядами, составившимися подъ непосредственнымъ вліяніемъ Западной науки. Далеко не всѣ могутъ уподобляться Хомякову и, преодолѣвая это вліяніе, разрѣшать возникающіе вопросы на чисто православной почвѣ. Въ то время какъ на язычниковъ можно воздѣйствовать преимущественно морально, на Западѣ каждое заблужденіе и предубѣжденіе надо шагъ за шагомъ побѣждать богословско-научными доводами. Научная зависимость отъ него мѣшаетъ такой постановкѣ вопросовъ, чтобы они разрѣшались въ корнѣ. Разница еще въ томъ, что усилія направляются не къ тому, чтобы обращать къ Православію отдѣльныхъ людей, а къ тому, чтобы общины присоединялись цѣликомъ со своей іерархіей во главѣ. Именно въ этомъ направленіи велись переговоры со старо-католиками, маріавитами и англиканами. Переговоры съ первыми двумя кончились, можно сказать, ничѣмъ. Какъ будто больше надеждъ можно питать въ отношеніи англиканъ. Но является вопросъ, можетъ ли такой путь привести къ успѣху? Затѣмъ важно выяснить, правильно ли были поставлены главнѣйшіе вопросы въ сношеніяхъ съ англиканами, и не было ли сдѣлано ошибокъ, которыя могутъ отдалить ихъ соединеніе съ нами?

Прежде всего скажемъ нѣсколько словъ въ отвѣтъ на первый вопросъ.

Возглавители религіозныхъ общинъ всегда бываютъ хранителями и выразителями ихъ ученія. Во всякомъ случаѣ они должны быть таковыми и всякое выступленіе, не согласное съ этимъ ученіемъ, не можетъ уже быть признано выступленіемъ данной общины, а будетъ носить характеръ или частнаго мнѣнія, или злоупотребленія своимъ положеніемъ. Для того чтобы принятіе ими новаго ученія распространилось на всю общину, надо, чтобы у всѣхъ создалось къ этому расположеніе. Другими словами, даже если Архіепископъ Кентерберіскій и большинство англійскихъ епископовъ примутъ Пра/с. 46/вославную Вѣру, можно будетъ говорить о соединеніи съ нами всей Англиканской Церкви лишь, когда произошла бы перемѣна также и въ вѣрованіяхъ ихъ паствы. Но если членъ заблуждающейся общины познаетъ истину, то совершенно не естественно, чтобы онъ отказался отъ немедленнаго исповѣданія ея и словомъ и дѣломъ, ожидая еще обращенія остальныхъ своихъ единовѣрцевъ. Поэтому массовымъ обращеніямъ всегда предшествуютъ единичныя, и отказываться отъ нихъ ради призрачной мечты обращенія цѣлой общины совершенно нецѣлесообразно. Къ сожалѣнію, такой ошибкой проникнуто отношеніе представителей Православной Церкви къ Западнымъ исповѣданіямъ въ теченіе послѣднихъ лѣтъ. Насколько велика эта ошибка, въ частности, въ отношеніи англиканъ, будетъ ясно изъ послѣдующаго изложенія.

Теперь перейдемъ ко второму вопросу, отвѣтъ на который и составляетъ, въ сущности, задачу настоящей статьи. Сначала познакомимся вкратцѣ съ междуисповѣднымъ положеніемъ англиканъ, затѣмъ съ ихъ ученіемъ о границахъ Церкви и вытекающимъ оттуда внутреннимъ состояніемъ и, наконецъ, перейдемъ къ постановкѣ взаимоотношеній съ ними.

По теоріи или, точнѣе, буквѣ закона, въ составѣ Англиканской Церкви объединены самыя разнообразныя по своему ученію общины. Она включаетъ въ себя людей крайнихъ протестантскихъ воззрѣній, а также и епископаловъ или такъ называемыхъ англо-католиковъ, стремящихся къ ортодоксальности. Въ связи съ этимъ, въ нѣдрахъ Англиканской Церкви все время происходитъ двоякій процессъ: съ одной стороны дробленіе на все болѣе протестантскія секты, съ другой — стремленіе укрѣпить церковность и іерархичность. Въ послѣднемъ случаѣ симпатіи направляются частью въ сторону Православія, частью въ сторону католичества. Иногда такія устремленія уживаются даже въ одномъ и томъ же лицѣ. Такъ, напр., каноникъ Дагласъ, заявляющій себя самымъ горячимъ другомъ Православія, справедливо удостоившійся благодарственной грамоты отъ Архіерейскаго Синода Русской Православной Церкви Заграницей, пишетъ о Католической Церкви, что «рѣшительной (fеаrlеss) логикой своей системы, своимъ непоколебимымъ постоянствомъ въ принципахъ, тѣмъ громаднымъ значеніемъ, которое она имѣла въ исторіи христіанства, мы привлекаемся къ ней, естественно. Мы восторгаемся ею, почитаемъ ее, любимъ ее. Мы знаемъ цѣнности, которыми она обладаетъ въ поклоненіи ея народа Святымъ Тайнамъ, въ его любви къ святымъ. И мы /с. 47/ жаждемъ быть въ общеніи съ нимъ» [1]. Англикане не имѣютъ ни дѣйствительнаго церковнаго единства, ни вполнѣ сформировавшагося лица. Офиціальное исповѣданіе настолько широко, что даетъ возможность быть въ той же Церкви и канонику Дагласу, и людямъ крайнихъ протестантскихъ воззрѣній, для которыхъ не можетъ быть и рѣчи о доброжелательномъ отношеніи къ Православію или католичеству.

Итакъ, когда мы говоримъ о симпатіяхъ къ Восточнымъ Церквамъ, то мы имѣемъ въ виду не всю Англиканскую церковь, а лишь епископаловъ.

Англичане — люди традиціи и имъ сильно импонируетъ то, что Православная Церковь соблюла вѣру Вселенскихъ Соборовъ и древнее Апостольское преемство. Но въ своемъ устремленіи на Востокъ они не ограничиваются одной только Православной Церковью. Съ неменьшимъ уваженіемъ и интересомъ они относятся и къ армяно-григоріанамъ и сирійскому Маръ-Шимуну. Мечтая объ объединеніи всѣхъ христіанскихъ исповѣданій въ «новой церкви будущаго», они вѣрятъ, что сдѣлаютъ въ нее свой вкладъ и эти послѣдователи древнихъ еретиковъ несторіанъ и монофизитовъ [2]. Англикане одновременно ведутъ переговоры о соединеніи и съ ними, и съ нами, и съ протестантами. Все, что имѣетъ характеръ нѣкоторой церковности, привлекаетъ къ себѣ ихъ вниманіе. Они не теряютъ надежды соединить несоединимое, не исключая отсюда даже несклонный ни къ какимъ подобнымъ объединеніямъ Римъ. На юбилейномъ собраніи Союза Англиканской и Восточныхъ Церквей (Аnglісаn аnd Еаstеrn Сhurсhеs Аssосіatіоn) 18 ноября 1925 г. Епископъ Винчестерскій сказалъ: «Нашему движенію къ Риму не будетъ мѣшать наше движеніе къ Православнымъ Церквамъ и то же относится къ Свободнымъ Церквамъ (Frее Сhurсhеs). Мы ищемъ болѣе близкаго сотрудничества съ Церковью, которая по существу каѳолична и съ которою даже твердые протестанты могутъ найти точки соприкосновенія. И эти три дорóги не въ наше время, а когда Богъ укажетъ, сольются» [3].

/с. 48/ Такимъ образомъ, и про епископальныхъ англиканъ нельзя сказать, что они прямо идутъ къ Православію. Нѣтъ словъ, у нихъ происходитъ эволюція въ обратную сторону отъ протестантской реформаціи; это сильно сказывается въ ихъ церковной жизни. Т. н. введеніе новаго молитвенника, хотя и отвергнутаго Парламентомъ, но тѣмъ не менѣе входящаго въ употребленіе, постепенно какъ будто приближаеть ихъ къ намъ, хотя англиканская церковность болѣе латинская, чѣмъ православная, не только по внѣшности, но, въ значительной мѣрѣ, и по духу. При всемъ томъ, развитіе ея намъ надо искренно привѣтствовать. Укрѣпленіе почитанія Богоматери, святыхъ и иконъ, конечно, облегчаетъ переходъ къ Православію. Но англичане слишкомъ отравлены протестантскимъ прошлымъ, чтобы это приближеніе захватило ихъ всѣхъ. Поэтому надо знать заранѣе, что не только нельзя разсчитывать на соединеніе съ нами всей Англиканской Церкви, но нельзя ждать даже того, чтобы и англо-католики пришли къ намъ цѣликомъ. Въ лучшемъ случаѣ съ нами можетъ соединиться лишь болѣе или менѣе значительная часть ихъ.

Англичане сами признаютъ, что ихъ Церковь переживаетъ переходный періодъ, но они ни въ одномъ исповѣданіи не видятъ такого свѣточа, къ которому бы опредѣленно стремились. Не имѣя никакихъ существенныхъ возраженій противъ Православной Церкви, наоборотъ, нерѣдко заявляя, что она дѣйствительно сохранила неповрежденнымъ ученіе первыхъ вѣковъ, они не сосредотачиваютъ все свое вниманіе на соединеніи только съ нею. Они ведутъ переговоры со многими исповѣданіями одновременно, считая сближеніе съ ними шагами къ созданію «новой церкви будущаго», которая объединила бы всѣхъ христіанъ. При этомъ англичане думаютъ, что на нихъ Провидѣніе возложило задачу быть связующимъ звеномъ между раздѣленными христіанскими исповѣданіями. Епископъ Горъ въ отчетѣ о Лозанской конференціи съ полнымъ сочувствіемъ сообщилъ, что лютеранскіе делегаты называли Англиканскую Церковь «Brucke-Kirche», т. е. Церковью-мостомъ (Times, 24 aug. 1927). Они этимъ хотѣли сказать, что по своей исторіи и традиціямъ, а также вслѣдствіе того, что она включаетъ в себя многія школы христіанской мысли, она какъ бы предназначена служить посредницей между другими Церквами.

Каноникъ Дагласъ замѣчаетъ, что правильность такого названія подкрѣпляется тѣмъ фактомъ, что Англиканская /с. 49/ Церковь играла первую роль въ большей части междуисповѣдныхъ встрѣчъ, имѣвшихъ мѣсто послѣ войны, и что, во всякомъ случаѣ, во всѣхъ нихъ она принимала дѣятельное участіе [4]

 

ГЛАВА ВТОРАЯ. 
Ученіе англиканъ о неопредѣленныхъ границахъ Церкви.

Средневѣковая реформація, положивъ начало такъ наз. «свободному изслѣдованію», привела къ раздѣленію Западнаго христіанскаго міра. Но на этомъ дѣло не остановилось. Протестанты, и вначалѣ-то объединенные только отрицаніемъ Римской церковности, стали все больше и больше дробиться на секты. Чтобы показать, какихъ Геркулесовскихъ столбовъ достигаетъ иногда это дробленіе, я приведу отчаянный вопль одного американскаго епископа:

«Въ Чикагской епархіи есть городъ съ полутора тысячью жителей — мужчинъ, женщинъ и дѣтей. Въ этомъ городѣ девять церквей... Считая въ среднемъ по пяти человѣкъ на семью, къ каждой церкви должно бы принадлежать около тридцати трехъ семействъ. На самомъ дѣлѣ, около 50% главъ семействъ не принадлежатъ ни къ одной изъ девяти, хотя они ни въ какой мѣрѣ не враждебны христіанской религіи. Удивительно ли, что люди находятъ затруднительнымъ сдѣлать выборъ и что они разрубаютъ Гордіевъ узелъ, не выбирая ни одной? Ни одна изъ этихъ церквей не достаточно сильна, чтобы заслужить уваженіе или вызвать приверженкость. Ни одна изъ нихъ въ отдѣльности, ни всѣ вмѣстѣ взятыя, не могутъ разсматриваться какъ достойныя представительницы Христіанской религіи. Вотъ, что случилось. Сравните положеніе этого городка съ новозавѣтнымъ представленіемъ о Церкви. Св. Павелъ написалъ посланіе къ «Церкви Божіей, находящейся въ Коринѳѣ», и эта Церковь получила и прочла его. Если бы одинъ изъ преемниковъ Св. Павла написалъ посланіе къ Церкви Божіей, находящейся въ этомъ опредѣленномъ городѣ въ Иллинойѣ (или любомъ городѣ /с. 50/ Соединенныхъ Штатовъ), то кто получилъ бы его? Вѣроятно, никто. Единая Церковь Божія настолько заслонена церквами, что почтмейстеръ не смогъ бы найти ее. Въ Индіанѣ есть село съ двумястами жителей. Тамъ шесть церквей. Это, конечно, наиболѣе яркіе примѣры, но они приблизительно представляютъ положеніе въ сотняхъ мелкихъ городовъ и селъ Соединенныхъ Штатовъ» [5].

Если таково положеніе въ Америкѣ, то немногимъ лучше оно и въ Англіи, хотя тамъ значительное количество разныхъ сектъ внѣшне объединено въ Англиканской Церкви. Но объединеніе это именно внѣшнее. Да оно и не можетъ быть инымъ между тѣми, кто вѣритъ въ Апостольское преемство іерархіи и пресуществленіе даровъ, и тѣми, кто не признаетъ ни того ни другого. У нихъ, дѣйствительно, общаго только нѣкоторый minimum, очень неопредѣленнаго по формулировкѣ офиціальнаго исповѣданія, но не больше. Впрочемъ, и отъ этого minimum'а большинство группъ фактически отошло. Сохраненіе даже хоть нѣкотораго внѣшняго единства, при такихъ различіяхъ между собою, возможно только благодаря по меньшей мѣрѣ странному ученію, по которому въ единую Церковь входятъ самыя разнообразныя по своему исповѣданію общины, хотя бы онѣ относились другъ ко другу совершенно отрицательно. На этомъ ученіи, являющемся, по моему глубокому убѣжденію, главнымъ препятствіемъ къ принятію англиканами Православія, слѣдуетъ остановиться болѣе подробно.

Англиканская Церковь, какъ мы видѣли, очень пестра по своему составу и тѣмъ не менѣе считаетъ себя единой. Такое представленіе англикане переносятъ и на весь христіанскій міръ, въ которомъ, однако, до послѣдняго времени они не могли не чувствовать себя одинокими. Лишь недавно имъ удалось установить общеніе съ нѣкоторыми исповѣданіями [6]. При такомъ положеніи единственнымъ утѣшеніемъ могла служить вѣра, что, несмотря на одинокое положеніе ихъ Церкви, англикане тоже входятъ въ Таинственное Тѣло /с. 51/ Христово. Я думаю, что только такая вѣра даетъ имъ возможность спокойно читать тѣ мѣста Священнаго Писанія, изъ которыхъ явствуетъ, что можетъ быть только одна истинная Церковь. Но вѣдь единство есть противоположность множественности, а у англиканъ на дѣлѣ проповѣдуется совсѣмъ другое, — слова о единствѣ Церкви у нихъ оказываются въ полномъ противорѣчіи съ ученіемъ о неопредѣленныхъ границахъ Церкви.

Разбирая англиканское ученіе о Церкви, я въ видѣ изложенія его беру постановленія Ламбетской Конференціи 1920 года. Въ этой Конференціи участвовали виднѣйшіе англійскіе богословы, какъ англо-католическаго направленія, такъ и протестантскаго. Постановленія были приняты единогласно и, хотя не имѣютъ никакого обязательнаго значенія, очень характерны какъ изложеніе, можно сказать, общепринятыхъ у англиканъ вѣрованій о Церкви.

Въ этихъ постановленіяхъ находимъ очень категорическое заявленіе о единствѣ Церкви: «Какъ существуетъ только одинъ Христосъ и одна Жизнь въ Немъ, такъ существуетъ и можетъ быть только одна Церковь» [7]. Противъ такой формулы ничего не можетъ возразить ни одинъ православный. Она сводится на нѣтъ послѣдующимъ изложеніемъ.

Приводя minimum внѣшнихъ отличій, по которымъ познается принадлежность къ «единой» Церкви, постановленіе гласитъ: «Таковыми съ Апостольскаго времени были по меньшей мѣрѣ слѣдующія: а) исповѣданіе вѣры въ Бога, явленнаго (revealed) и воплощеннаго во Христѣ; б) соблюденіе двухъ таинствъ, установленныхъ Самимъ Христомъ; в) идеалъ Христіанской жизни, ограждаемой общей дисциплиной; г) іерархія, представляющая Церковь, для проповѣдыванія Слова, Совершенія Таинствъ и соблюденія единства и преемственности свидѣтельства и дѣятельности Церкви» [8].

Но эти признаки составляютъ частью принадлежность почти всякой еретической общины (по нимъ и злѣйшій еретикъ Арій со своими послѣдователями должны были бы признаваться принадлежащими къ Церкви), частью оспариваются другъ у друга разными исповѣдованіями. Они вполнѣ признаны другъ у друга лишь недавно нѣкоторыми группами протестантовъ, англиканами и старо-католиками. Согласно этимъ признакамъ, Церковь или должна сводиться къ /с. 52/ очень небольшому кругу исповѣданій (при томъ весьма молодыхъ по своему происхожденію), или быть настолько расплывчатой, чтобы включать въ себя почти всѣ исповѣданія. Все зависитъ отъ того, что принимать за критерій при опредѣленіи наличности или недостатка этихъ признаковъ. Но если добросовѣстно сопоставлять по этой формулѣ разныя исповѣданія, то, при всей внѣшней ея широтѣ, окажется, что она на практикѣ почти ни къ чему привести не можетъ, ибо у разныхъ исповѣданій совершенно различныя понятія о томъ, что въ ней перечисляется въ качествѣ признаковъ принадлежности къ единой Церкви. Вѣдь самый идеалъ христіанской жизни, имѣющій въ основѣ своей ученіе о Богѣ, о человѣкѣ, о грѣхѣ и добродѣтели, у разныхъ исповѣданій различенъ. Различны понятія о Таинствахъ и въ частности о содержаніи двухъ Таинствъ — Евхаристіи и Крещенія. Такимъ образомъ, упомянутые въ цитированномъ постановленіи признаки можно находить у исповѣданій, не имѣющихъ между собою рѣшительно ничего общаго. Протестантское, а вмѣстѣ и англиканское, ученіе о границахъ Церкви опровергается самой жизнью. Такой Церкви, какую они хотятъ видѣть, никогда не было, нѣтъ и быть не можетъ.

Ея никогда не было, потому что уже при жизни Апостоловъ появились еретики и задолго до Перваго Вселенскаго Собора уже отдѣлялись отъ Церкви многочисленныя общины. Ереси и расколы проистекаютъ отъ несовершенства людей, поддающихся гордынѣ и своеволію, а таковые всегда были и будутъ. Широкими объединяющими формулами не предотвратить ихъ существованія, и ярчайшій тому примѣръ Англиканская Церковь, которая при всей расплывчатости своего офиціальнаго исповѣданія не избѣгаетъ раздѣленій.

Что сейчасъ такой Церкви, какъ имъ хочется, на свѣтѣ нѣтъ, англикане не могутъ не признать и потому принуждены говорить о ней въ будущемъ времени, сѣтуя при этомъ на несовершенство современниковъ. «Истинное отношеніе всей Церкви къ помѣстнымъ Церквамъ, читаемъ въ п. 9 того же постановленія, должно быть то, которое описано въ Новомъ Завѣтѣ, а именно, что Церкви суть помѣстныя представительницы Единой Церкви (Такъ оно и есть въ Православіи. Г. Г.). Происшедшее съ теченіемъ времени современное положеніе, при которомъ есть различныя и даже соперничающія Церкви, независимыя другъ отъ друга и существующія одновременно въ тѣхъ же мѣстахъ, какія бы основанія, вытекающія изъ историческихъ обстоятельствъ, ни оправдали эти /с. 53/ временныя раздѣленія, не могутъ быть признаны соотвѣтствующими цѣлямъ Христовымъ, и должны быть приложены всѣ старанія, чтобы возстановить правильное положеніе, представленное въ Новомъ Завѣтѣ» [9].

Сами англикане и протестанты такъ изображаютъ дѣйствительность, что она опровергаетъ ихъ ученіе, приводя его къ абсурду. Вѣдь, спорятъ исповѣданія (напр., мы съ католиками) не о пустякахъ, а обыкновенно (не говорю всегда, ибо относительно протестантскихъ сектъ это во многихъ случаяхъ было бы не вѣрно) объ основахъ вѣро-и-нравоученія. Для того, чтобы, несмотря на все разномысліе, отсутствіе молитвеннаго общенія, а иногда взаимныя анаѳемы, считать различныя общины входящими въ Тѣло Христово, Котораго отличіе есть любовь и единство, — надо не только признать всѣ споры ничего не значащими пустяками, но надо еще съ грустью заявить, что обѣтованіе Христово не исполнилось и врата адовы одолѣли Церковь. Ибо Писаніе говоритъ намъ, что Церковь есть столпъ и утвержденіе истины (1 Тим. XXXIX, 15) и не имѣетъ «пятна или порока, или чего либо подобнаго» (Еф. V, 27). Англикане же и протестанты учатъ, что ни одно исповѣданіе не обладаетъ чистой истиной, что у каждаго изъ нихъ только доля ея [10]. А если въ ученіи только доля истины, то можно ли остальное содержаніе его назвать иначе, какъ ложью? Можно было бы разсуждать иначе лишь въ томъ случаѣ, что разныя церкви при одинаковыхъ основахъ отличались бы только степенью развитія того же самаго ученія, если бы ученіе однихъ никакъ не разрѣшало тѣ вопросы, которые разрѣшены у другихъ, безъ коренного противорѣчія первымъ. Въ дѣйствительности же, разными исловѣданіями тѣ же вопросы разрѣшены очень различно, благодаря чему нелѣпо признать истиннымъ ученіе Православной Церкви, не сдѣлавъ одновременно вывода о ложности ученія протестантовъ.

Англикане закрываютъ глаза на эту сторону вопроса. Ихъ ученіе поэтому существеннѣйшимъ образомъ расходится съ ученіемъ Православной Церкви, знающей свои границы и твердо вѣрующей, что Ея ученіе вполнѣ истинно и неповре/с. 54/жденно [11]. Въ своихъ частныхъ домыслахъ каждый изъ насъ можетъ погрѣшать, можетъ ошибаться даже большинство православныхъ людей, живущихъ на землѣ въ тотъ или иной историческій моментъ. Но ихъ заблужденіе не станетъ ученіемъ Церкви, включающей въ себя не только живыхъ, но и усопшихъ, и возглавленной Самимъ Христомъ Спасителемъ. Церковь, какъ цѣлое, не мѣняетъ своего ученія и всегда была и останется непогрѣшимой хранительницей истины. Такая вѣра всегда составляла одну изъ основъ нашего исповѣданія, утѣшая вѣрныхъ и давая имъ силы для борьбы за правду даже тогда, когда казалось, что она исчезаетъ съ лица земли. Отсутствіе такой вѣры у англиканъ есть первое доказательство того, что они дѣйствительно не обладаютъ полнотой истины. И, такъ какъ непогрѣшимость есть необходимый признакъ Церкви, то, будь англикане послѣдовательны, они, какъ я уже сказалъ, должны бы признать, что на свѣтѣ нѣтъ больше Церкви, что обѣтованіе Христово (Мѳ. XVI, 18) не исполнилось и остались лишь общины, заблуждающіяся одни въ большей, другія въ меньшей степени.

При такомъ безотрадномъ ученіи объ истинѣ, нѣтъ ничего, что могло бы удерживать отъ дробленія на секты, и трудно требовать единомыслія отъ сочленовъ по общинѣ. Это ученіе открываетъ дорогу къ догматической анархіи и равнодушію къ истинѣ, ибо дѣйствительная ревность о ней дорожитъ всякой іотой [12]. Именно этимъ и сильны были христіане первыхъ вѣковъ.

Англикане, вообще говоря, не заслуживаютъ упрека въ равнодушіи къ истинѣ, но это только благодаря счастливому свойству ихъ души, но внѣ связи съ ихъ церковнымъ ученіемъ. Многіе изъ нихъ неудовлетворены тѣмъ свободомысліемъ и разнобоемъ, которые характеризуютъ ихъ церковную жизнь. А разнобой этотъ очень великъ, въ чемъ можно легко убѣдиться при самомъ бѣгломъ ознакомленіи съ англиканскими газетами и журналами. Наиболѣе яркій примѣръ — /с. 55/ др. Барнсъ, Епископъ Бирмингамскій, проповѣдающій чистѣйшій матеріализмъ. А вотъ, что пишетъ «The Church Times»: «Мѣсяцъ за мѣсяцемъ главныя каѳедры Церкви использываются для публичнаго отрицанія Христіанской вѣры» (Передовая статья, № отъ 26 іюля 1929 г.). Имѣя въ виду безпорядки внутри Англиканской Церкви и унизительное подчиненіе ея Парламенту, та же передовая говоритъ: «Вопросъ въ томъ, существуетъ Англиканская Церковь или нѣтъ? Т. е., есть у насъ дѣйствительная Ecclesia Anglicana, часть всей Церкви Христовой, учрежденной Его сверхъестественной жизнью, обязанной послушаніемъ Ему, какъ своему Невидимому Главѣ, и выражающей по своему и черезъ свои обычаи вѣру и поклоненіе единаго Тѣла Христова? Или есть не больше какъ «Религіозное учрежденіе», департаментъ Государства, безъ своего лица, безъ живой души, готовое приспособиться ко всякой перемѣнѣ въ народныхъ теченіяхъ» (тамъ же).

Зависимость отъ Государства — вещь временная, отъ нея рано или поздно Англиканская Церковь освободится, но терпимость къ мнѣніямъ не зависитъ отъ этого. А терпимость эта очень велика, почти безгранична. Поэтому вполнѣ понятно, что старо-католики, вынося рѣшеніе о возможности допускать англиканъ къ своему причастію, обусловливали его наведеніемъ справокъ въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ не только о принадлежности даннаго лица къ англо-католической партіи, но и личномъ его вѣрованіи объ евхаристіи. Дѣйствительно, даже у англо-католиковъ бываютъ часто случаи, когда допускается не только проповѣдь, ярко протестантскихъ сектантовъ или такихъ офиціально принадлежащихъ къ Высокой Церкви лицъ, какъ Еп. Барнсъ или Д-ръ Чарльзъ [13], но храмы нерѣдко еще предоставляются и масонамъ для торжественныхъ ритуальныхъ собраній, несмотря на то, что, послѣ реорганизаціи англійскаго масонства въ 1717-1813 г.г., оно потеряло даже христіанскую внѣшность, ибо туда стали приниматься люди всѣхъ религій. Я приведу выдержки изъ письма священника, въ храмѣ котораго имѣло мѣсто такое собраніе. Это письмо очень характерно, какъ показатель, почти не знающей границъ, англиканской терпимости.

«Заранѣе, пишетъ священникъ, мнѣ была сообщена программа службы, и я замѣтилъ, что она была чисто теистической и что имя Господа нашего было тщательно исключено. Я /с. 56/ написалъ секретарю, спрашивая, не могутъ ли быть сдѣланы легкія измѣненія, но они не могли пойти мнѣ навстрѣчу въ этомъ отношеніи, хотя понимали мое затрудненіе и были со мною очень любезны. Я также написалъ Епископу, чтобы сообщить ему о своемъ затрудненіи и спросить совѣта. Онъ только посовѣтовалъ мнѣ, чтобы въ томъ случаѣ, если я не нахожу возможнымъ разрѣшить служеніе, я немедленно сообщилъ объ этомъ Ордену, для того, чтобы масоны продолжили свои хлопоты.

«Наконецъ я рѣшилъ, что, разъ Епископъ принимаетъ въ этомъ участіе и нѣсколько священниковъ, членовъ Ордена, должны присутствовать, а также въ виду того, что подобныя служенія видимо неоднократно имѣли мѣсто, я не долженъ чинить препятствій.

«Служеніе имѣло мѣсто и я получилъ очень милыя письма отъ Ордена, но долженъ сознаться, что во все это время я былъ далеко не счастливъ. Я какъ-то чувствовалъ, что это дѣло было не совсѣмъ хорошимъ, что мы не соблюли вѣрности Господу нашему Іисусу Христу.

«Имя Господа нашего ни разу не было упомянуто, кромѣ какъ чисто исторически въ одной фразѣ проповѣди, когда Епископъ упомянулъ о посѣщеніи волхвами Младенца Христа въ Виѳлеемѣ. Мы были благословлены Христіанскимъ Епископомъ съ Христіанскаго алтаря во имя «Бога Авраама, Исаака и Іакова», а имя Бога и Отца Господа нашего Іисуса Христа было выпущено во храмѣ Его Сына» [14].

Изъ приведеннаго письма получаешь ясное представленіе объ атмосферѣ нездоровой терпимости въ Англиканской Церкви. Авторъ письма совѣстливый человѣкъ, онъ не доволенъ масонскимъ служеніемъ, но въ письмѣ не чувствуется ревности. Развѣ такъ отнесся бы къ подобному служенію рядовой православный священникъ, не отравленный психологіей интерконфессіонализма? Развѣ Православный Епископъ разрѣшилъ бы такую службу и, въ случаѣ запроса, неужели онъ прежде всего думалъ бы объ удобствахъ нехристей, желающихъ воспользоваться храмомъ? Развѣ прошла бы у насъ безъ послѣдствій для Епископа проповѣдь, подобная той, которая была произнесена на этомъ собраніи? Нѣтъ. Это все возможно лишь тамъ, гдѣ и у пастырей, и у пасомыхъ и умы, и чувства совершенно затуманены такъ называемой терпимостью, столь почитаемой на Западѣ. Съ виду она очень /с. 57/ симпатична, но на дѣлѣ обычно скрываетъ нѣкоторое равнодушіе къ истинѣ. И если въ жизни нашей Церкви мы иногда тоже встрѣчаемся съ этимъ грустнымъ явленіемъ, то оно вытекаетъ не изъ нашей религіи, какъ у англиканъ и протестантовъ, но есть результатъ протестантскихъ и масонскихъ вліяній на нашихъ собратьевъ. Ибо Православная Церковь всегда старалась воспитывать въ своихъ чадахъ сознаніе, что между истиной и ложью нѣтъ никакихъ полуистинъ, и что проявленіе религіозной солидарности съ тѣми, кто внѣ Церкви, приводитъ къ отчужденію отъ Нея. По 45 правилу Св. Апостоловъ«Епископъ или пресвитеръ, съ еретиками молившійся токмо, да будетъ отлученъ». «Весьма мудро замѣчаетъ архим. Іоаннъ (впослѣдствіи Епископъ Смоленскій. Г. Г.) въ толкованіи этого правила, говоря, что правила стремятся не только къ охраненію православныхъ отъ заразы еретическимъ духомъ, но и къ охраненію ихъ отъ индеферентизма къ вѣрѣ и Православной Церкви, который легко можетъ возникнуть отъ общенія съ еретиками въ дѣлахъ вѣры. Такое положеніе, впрочемъ, нисколько не противорѣчитъ духу христіанской любви и терпимости, отличающему Православную Церковь, такъ какъ большая разница — терпѣть заблудшихъ въ вѣрѣ, ожидая ихъ добровольнаго общенія или даже настаивая на немъ, жить съ ними во внѣшнемъ гражданскомъ общеніи, или вступать съ ними безъ разбора въ религіозное соприкосновеніе, т. к. послѣднее означаетъ, что мы не только не стараемся объ ихъ обращеніи въ Православіе, но и сами въ немъ колеблемся» [15].

Итакъ, подъ вліяніемъ ложнаго ученія о границахъ Церкви, у англиканъ выработалась психологія, глубоко противорѣчащая духу Православія. Поэтому началомъ обращенія ихъ въ Православіе должно быть убѣжденіе ихъ въ томъ, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ основалъ одну Церковь, которая существуетъ донынѣ, а всѣ остальныя исповѣданія отпали отъ истины и лишились благодати. Далѣе, пусть они уяснятъ себѣ, что основанная Спасителемъ Церковь есть именно наша, и что въ Ней только сохранилось ученіе Святыхъ Апостоловъ ихъ благодатное преемство.

/с. 58/

 

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. 
Ошибки въ сношеніяхъ съ англиканами, мѣшающія принятію ими Православія.

Въ своей статьѣ «Единство и единственность Церкви» [16] я показалъ, что Церковь только одна, что внѣ Ея нѣтъ благодати, и что если еретиковъ и раскольниковъ принимаютъ въ общеніе, не повторяя надъ ними крещенія, то это не оттого, что признается благодатнымъ ихъ крещеніе, а исключительно ради облегченія имъ возсоединенія съ Церковью. Это прямо слѣдуетъ изъ правилъ церковныхъ. Поэтому, когда приходится рѣшать вопросъ о томъ, какъ принимать въ общеніе тѣхъ или иныхъ еретиковъ или раскольниковъ, надо руководствоваться не отвлеченными принципами, а самою жизнью. Если Св. Василій писалъ о еретикахъ и раскольникахъ, которымъ перекрещиваніе могло служить препятствіемъ, то Св. Кипріанъ имѣлъ дѣло съ такими, обращенію которыхъ оно, наоборотъ, способствовало, ибо выводило ихъ изъ безразличія, заставляя рѣшать вопросъ о томъ, гдѣ же единая благодатная Церковь. Возможность принятія въ Церковь безъ перекрещиванія, кромѣ соображеній пользы, на практикѣ обуславливается еще тѣмъ, чтобы, еретическій обрядъ, хоть по внѣшности, соотвѣтствовалъ православному, въ каковомъ случаѣ, онъ, по удачному объясненію Хомякова, получаетъ post factum благодатность при возсоединеніи съ Церковью. Тотъ же принципъ распространяется и на таинство священства.

По авторитетному мнѣнію Митрополита Антонія, англо-католики настолько приблизились къ Православію, что ихъ можно принимать третьимъ чиномъ, т. е. даже священнослужители, отвѣчающіе требованіямъ, предъявленнымъ къ таковымъ въ нашей Церкви, могутъ при возсоединеніи оставаться въ сущемъ санѣ. Но этимъ вопросъ еще не исчерпывается. Нужно еще разобраться въ томъ, полезно ли осуществленіе такого рѣшенія на практикѣ? Способствуетъ ли оно обращенію англиканъ или, наоборотъ, препятствуетъ ему?

/с. 59/ Для того, чтобы отвѣтить на этотъ вопросъ, посмотримъ, какъ англикане воспринимаютъ оказываемое имъ снисхожденіе?

Само собою разумѣется, что правильно понимать его можно лишь въ томъ случаѣ, если усваивается истина о существованіи на землѣ только одной Церкви. Къ сожалѣнію, англикане остаются далекими отъ этого ученія, и въ большой мѣрѣ виноваты въ этомъ сами православные, въ частности наши богословы. Они бываютъ очень неосторожны и, вмѣсто того, чтобы строго придерживаться святоотеческихъ преданій, соперничаютъ между собою въ стремленіи высказать мнѣнія, пріятныя англичанамъ. Такъ, напримѣръ, Аѳинскій проф. Комненосъ написалъ сочиненіе объ англиканской іерархіи, повидимому сильно повліявшее на рѣшенія Восточныхъ іерарховъ. Мнѣ не приходилось читать его книгу, но англичане часто на него ссылаются. Въ № 3 «The Christian East» за 1923 г. приводятся тезисы г. Комненоса. Онъ приходитъ къ слѣдующимъ выводамъ:

1) Англиканская іерархія можетъ быть признаваема по принципу церковной икономіи.

2) Англиканская Евхаристія и др. таинства дѣйствительны.

3) Совершеніе Евхаристіи, пріобщенія и т. д. можетъ, и должно быть, взаимно допускаемо православными и англиканами въ случаяхъ необходимости.

4) Православная Церковь можетъ соединяться съ отдѣльными Церквами Англиканскаго исповѣданія, не соединяясь съ другими.

Мы видѣли уже, что по п. 1-му можно согласиться съ самой строгой православной точки зрѣнія, если вопросъ рѣшается по соображеніямъ пользы, а не на томъ основаніи, что будто бы у англиканъ сохранилось Апостольское преемство [17]/с. 60/ Намъ при этомъ безразлично, кѣмъ былъ рукоположенъ Паркеръ, отъ котораго ведетъ свое начало англиканская іерархія. Вѣдь и католики въ то время были уже внѣ общенія съ Церковью и при присоединеніи къ ней перекрещивались какъ греками, такъ и русскими. А Св. Василій Великій пишетъ въ 1-мъ правилѣ не про еретиковъ даже, а про раскольниковъ, что, «хотя начало отступленія произошло черезъ расколъ, но отступившіе отъ Церкви уже не имѣли на себѣ благодати Св. Духа. Ибо оскудѣло преподаяніе благодати, потому что пресѣклось законное преемство. Ибо первые отступившіе получили посвященіе отъ отцовъ и чрезъ возложеніе рукъ ихъ имѣли дарованіе духовное. Но отторженные, сдѣлавшись мірянами, не имѣли власти ни крестити, ни рукополагати и не могли преподать другимъ благодать Святаго Духа, отъ которой сами отпали» [18]. Это правило (равно какъ 57 и 68 Карѳ.), ограничивая первый выводъ г. Комненоса, одновременно опровергаетъ и второй, а разъ такъ, то и третій, ибо, если англиканское, какъ и всякое неправославное, священство безблагодатно, то и смысла нѣтъ обращаться къ нему за совершеніемъ Таинствъ. Другой образъ дѣйствій приводилъ бы только къ интерконфессіонализму, глубоко противному духу Православной Церкви [19]. Это подтверждается опытомъ.

Въ 1910 году сиріецъ, Епископъ Рафаилъ Бруклинскій (С.Ш.А.), у котораго создалось, по первому ознакомленію, слишкомъ оптимистическое представленіе о близости къ намъ епископальныхъ американцевъ, разрѣшилъ своей паствѣ, въ случаяхъ необходимости, за отсутствіемъ православныхъ свя/с. 61/щенниковъ, обращаться за требами къ клиру Епископальной Американской Церкви, по исповѣданію своему тождественной Англиканской. Епископъ Рафаилъ съ одной стороны надѣялся такимъ образомъ духовно помочь своей паствѣ, разсѣянной часто въ такихъ мѣстахъ, гдѣ нѣтъ православныхъ священниковъ, а съ другой — хотѣлъ «открыть путь къ приведенію англиканъ къ исповѣданію Святой Православной Вѣры». Но скоро онъ получилъ свѣдѣнія, что американскіе клирики неправильно поняли намѣреніе Е. Рафаила. Какъ пишетъ онъ въ своемъ посланіи къ паствѣ:

«а) Они сообщали Православному народу, что я призналъ Англиканское исповѣданіе (Протестантскую Епископальную Церковь), какъ соединившееся съ Святой Православной Церковью, и ихъ священство, т. е. іерархію дѣйствительными.

«b) Епископальные англиканскіе клирики предлагали свои таинства даже тогда, когда мои Православные клирики, въ качествѣ настоятелей, проживали въ тѣхъ же городахъ и приходахъ, и

«с) Протестантско-епископальные клирики говорили, что Православнымъ людямъ нѣтъ никакой надобности гнаться за совершеніемъ таинствъ своими Православными священниками, ибо ихъ (англиканскія) таинства давали все необходимое».

Сообщая, затѣмъ, паствѣ, что ближайшее изученіе вопроса показало, что вѣроученіе, практика и дисциплина англиканъ непріемлемы для Святой Православной Церкви, что ученіе англиканскихъ богослововъ очень разнообразно, а всей ихъ Церкви неопредѣленно, указывая на многія различія въ ихнемъ и нашемъ ученіяхъ, еп. Рафаилъ запрещаетъ своей паствѣ обращаться за требами къ англиканамъ или посѣщать ихъ богослуженія [20].

Итакъ, опытъ оказался неудаченъ. Не англикане стали привлекаться къ Православію, а разсѣянныхъ въ ихъ средѣ Православныхъ пришлось ограждать отъ инославнаго вліянія. Иначе и быть не могло.

Но можно ли винить англиканъ въ томъ, что они неправильно поняли намѣренія еп. Рафаила? И развѣ не могли въ томъ же нежелательномъ смыслѣ понять ихъ и православные люди, даже и безъ всякихъ комментаріевъ англиканскихъ кли/с. 62/риковъ? Тѣ слова, которыя еп. Рафаилъ приписываетъ англиканамъ, не естественный ли выводъ изъ первыхъ его указаній?

Дѣйствительно, если разрѣшается принимать англиканскую Евхаристію въ отсутствіи православнаго іерея, то тѣмъ самымъ она признается благодатнымъ таинствомъ. А если такъ, то почему же уклоняться отъ причастія у англиканъ и во всякое другое время? Такое уклоненіе надо тогда признать кощунственнымъ пренебреженіемъ къ таинству, а стремленіе, чтобы оно обязательно совершалось православнымъ священникомъ — недостойнымъ соревнованіемъ. Вѣдь не придетъ же въ голову Митрополиту Антонію издать распоряженіе, чтобы русскіе эмигранты не смѣли пріобщаться у сербскихъ священниковъ тамъ, гдѣ есть русскій іерей.

Но допуская, при настоящихъ условіяхъ, пріобщеніе православныхъ у англиканъ, признавая у нихъ наличность таинства, не будетъ никакихъ логическихъ основаній остановиться только на нихъ, а не войти въ такое же общеніе и съ другими общинами болѣе протестантскаго характера, которыя уже соединились съ ними.

Церковь придаетъ очень большое значеніе всякому религіозному общенію и духовному единенію. Священникъ, сослужившій съ еретикомъ или раскольникомъ, т. е. со всякимъ лицомъ, не принадлежащимъ къ Церкви, подвергается строгимъ прещеніямъ, ибо, объединяясь съ ними, онъ отдѣляется отъ православныхъ христіанъ. Поэтому совершенно непонятно, какъ г. Комненосъ допускаетъ возможность соединенія съ отдѣльными Церквами англиканскаго исповѣданія безъ соединенія съ другими. По принятому въ Церкви уставу, если англиканинъ принимаетъ Православіе, то онъ долженъ утвердительно отвѣтить на такіе вопросы: «Отрицаеши ли ся всѣхъ еретическихъ соборищъ, преданій же уставовъ и всѣхъ учителей и ученій ихъ, Церкви Святой Православной противныхъ, и отметаеши ли ся ихъ?» И «Отрицаеши ли ся симъ нынѣшнихъ всѣхъ и древнихъ отступничествъ, ересей же и ересеначальниковъ, и, яко Богу противных сущихъ, отметаеши ли ся?» Если бы вся Англиканская Церковь захотѣла соединиться съ Православной, то, въ той или иной формѣ, и она должна была бы произнести подобное отреченіе, ибо въ отношеніи Церкви Христовой законъ одинъ какъ и для отдѣльныхъ людей, такъ и для цѣлыхъ общинъ.

Англиканамъ надо выбрать. Они должны знать, что въ Церковь нельзя войти только отчасти. Ихъ должно честно /с. 63/ предупредить, что соединеніе съ нами обуславливается не только догматическимъ единомысліемъ, но и полнымъ отреченіемъ отъ общенія въ таинствахъ со всѣми другими исповѣданіями. А это значитъ, что они должны совершенно отрѣшиться отъ своихъ ложныхъ понятій о границахъ Церкви.

Къ сожалѣнію, это не заявляется достаточно ясно нашими офиціальными представителями, и только позиція, занятая православными делегатами на Лозанской Конференціи, была въ нѣкоторомъ родѣ счастливымъ исключеніемъ [21]. До сихъ поръ ограничивались преимущественно любезностями, по адресу англиканъ, любезностями, которыя иногда превосходятъ всѣ ожиданія тѣхъ изъ нихъ, кто хорошо знакомъ съ Православіемъ. Биркбэкъ писалъ по поводу пріема въ Петербургѣ еп. Вилкинса, что онъ превзошелъ самыя оптимистическія надежды: «Его всюду водили въ епископскомъ облаченіи, міряне испрашивали у него благословенія, хоры въ церквахъ пѣли ему, то, что поется православному епископу, клиръ приглашалъ его покланяться престолу въ алтарѣ за Царскими Вратами». Биркбэкъ справедливо замѣчаетъ, что восточные христіане «не очень логичны», и что поэтому не слѣдуетъ дѣлать изъ этихъ любезностей слишкомъ серьезныхъ выводовъ [22]. Но тѣ, кто менѣе его освѣдомлены, естественно приводятся такими и еще большими любезностями къ ошибочнымъ заключеніямъ о благодатности англиканской іерархіи.

Вѣра исповѣдуется не только словами, но и всѣми сторонами церковной жизни. И вотъ въ области даже обрядовыхъ любезностей у насъ заходятъ настолько далеко, что истина единства Церкви остается неисповѣданной. Эти любезности всегда оправдываютъ принципомъ Церковной икономіи. Принципъ такой, дѣйствительно, существуетъ въ практикѣ нашей Церкви и онъ необходимъ, но примѣненіе его должно имѣть границы. Можно на основаніи этого принципа дѣлать всякія послабленія въ порядкѣ принятія въ Церковь, можно и должно идти всячески навстрѣчу во всемъ, что касается ознакомленія инославныхъ съ нашей вѣрою, богослуженіемъ и церковной жизнью, но нельзя дѣлать ни одного шага, который /с. 64/ могъ бы дать имъ неправильное представленіе о нашемъ ученіи о Церкви. Конечно, самъ Еп. Рафаилъ былъ виноватъ въ томъ, что американскіе епископалы сдѣлали выводъ о равноцѣнности англиканской и нашей Церквей. И если такой же выводъ дѣлается изъ сочиненія г. Комненоса и выступленій нѣкоторыхъ восточныхъ іерарховъ, дающихъ основанія думать, что они признаютъ англиканскихъ епископовъ чуть ли не одинаковыми съ православными; если Румынская и Чехословацкая Церкви слѣдуютъ въ Америкѣ примѣру Еп. Рафаила [23], — то удивительно ли, что у англиканъ только укрѣпляется представленіе, что Церкви равноцѣнны и не соединяются только по недоразумѣнію. Повтореніе неудачной попытки Еп. Рафаила въ особенности запутываетъ положеніе. Это уже не использованіе принципа икономіи для привлеченія англиканъ къ Православію, а усвоеніе ихъ ученія о Церкви, какъ включающей въ себя различныя исповѣданія.

У инославныхъ, по нашей же винѣ, создается неправильное представленіе. Чтобы не быть голословнымъ, сошлюсь на Еп. Глочестерскаго, который, изъ сопоставленія съ другими заявленіями, даже не вѣритъ, что декларація Православныхъ делегатовъ въ Лозаннѣ выражаетъ дѣйствительно подлинно церковныя мысли. Ему представляется, что содержаніе этой деклараціи объясняется не желаніемъ соблюдать вѣрность Православію, а страхомъ передъ отсталой и темной паствой [24]. По его словамъ, взглядъ даже многихъ православныхъ делегатовъ былъ не утверждающій категорически свою правоту, но съ сомнѣніемъ въ ней: «Насколько правъ я, и насколько правы другіе, и во что дѣйствительно необходимо намъ вѣрить какъ въ основное» [25]. А вотъ какое представленіе отъ встрѣчъ съ православными на конференціяхъ создается у другого инославнаго:

«И вотъ онъ (протестантъ, обращающійся съ православными) задаетъ себѣ вопросъ, не къ одной ли и той же Единой Церкви принадлежатъ они оба, и православный и протестантъ, несмотря на историческій расколъ Церквей? Этотъ вопросъ прямо напрашивается» [26]. Отсюда дѣлается естествен/с. 65/ный выводъ о необходимости и тѣмъ и другимъ отказаться отъ обращенія въ свою вѣру: «Истинная, продиктованная волею къ единству во Христѣ встрѣча реформаторскаго протестантства и восточнаго Православія принуждаетъ ихъ обоихъ опомниться, каяться передъ лицомъ Божіимъ и заставляетъ замолчать всѣ имперіалистическіе помыслы, т. е. желаніе пропагандой или другими мѣрами насиловать другъ друга и разрушать» [27].

Вотъ результаты чрезмѣрной предупредительности. По внѣшности получается какъ будто сближеніе, а на самомъ дѣлѣ становится психологически невозможнымъ дѣйствительное присоединеніе инославныхъ, ибо они думаютъ, что ихъ представленіе о Церкви немногимъ отличается отъ нашего. Еще Св. Кипріанъ Карѳагенскій писалъ, что еретики никогда не будутъ приходить къ Церкви, если будутъ нами самими укрѣпляться въ убѣжденіи, что у нихъ тоже есть Церковь и таинства. И надо замѣтить, что рѣшительныя заявленія, въ духѣ Св. Кипріана, никогда не препятствуютъ обращеніямъ, а, наоборотъ, только и дѣлаютъ ихъ возможными. Дѣйствительно, мы знаемъ много случаевъ обращенія англиканъ въ католичество, относящееся къ нимъ весьма ригористично, и ничего не слышимъ о присоединеніи ихъ къ Православію, хотя съ нашей стороны дѣлаются самые рискованные шаги къ нимъ навстрѣчу и они сами проявляютъ къ намъ и на словахъ и на дѣлѣ не мало любви и почтенія.

Тотъ фактъ, что единичные англикане не принимаютъ Православія и что переговоры съ ихъ Церковью въ сущности тоже не даютъ реальныхъ результатовъ, самъ по себѣ прискорбенъ. Какъ не жалѣть, что теряются такія возможности пріобрѣсти новыхъ чадъ единой спасительной Церкви? Но, что еще хуже, мы не только никого не пріобрѣтаемъ, но еще и создаемъ серьезную опасность раскола въ своей Церкви. Англиканамъ естественно симпатизировать дѣятельности нашихъ модернистовъ богослововъ, ибо они приближаютъ къ нимъ воззрѣніе православныхъ. Но мы относимся къ этому иначе, ибо знаемъ, какъ много волненій и раздѣленій вносится къ намъ духовными модернистами.

Да не подумаетъ читатель, что мои рѣзкія сужденія продиктованы антипатіей къ англиканамъ. Наоборотъ. Я въ зна/с. 66/чительной мѣрѣ воспитанъ на прекрасной англійской литературѣ и питаю къ англиканамъ искреннюю симпатію. Возможность пріобщаться съ ними отъ единой чаши была бы для меня поэтому большимъ счастьемъ. Но еще дороже этого для меня миръ и единство тѣхъ православныхъ братьевъ, съ которыми я нахожусь въ той же Святой Церкви. Вотъ почему я не могу относиться спокойно къ тому, что угрожаетъ нашему единству. А дальнѣйшіе шаги по принятому пути уводятъ православныхъ отъ Православія, не приводя англиканъ въ лоно Единой спасительной Церкви.

Опытъ послѣднихъ лѣтъ ясно свидѣтельствуетъ о томъ, что нельзя все дѣло миссіи на Западѣ основывать на надеждѣ, что англикане пойдутъ къ Православію, и соединеніе произойдетъ какъ-то само собою. Это вредная иллюзія. Англо-католики, въ своей эволюціи отъ протестантизма къ церковности, кое въ чемъ приближаются къ намъ. Они преодолѣли много предубѣжденій, но, какъ мы видимъ, нѣтъ основаній считать, что ихъ движеніе направлено прямо къ Православію. Ихъ воодушевляетъ совсѣмъ другая идея, — они стремятся къ созданію какой-то новой объединенной Церкви, въ которой наша Церковь была бы наравнѣ съ другими исповѣданіями, или, въ лучшемъ случаѣ на немного болѣе почетномъ мѣстѣ. Англикане не пассивно поддаются вліянію Православія, а сами тоже хотятъ на него вліять (вѣдь для того, чтобы войти въ воображаемую ими Церковь, намъ надо перемѣнить свою вѣру) и, увы, какъ мы видѣли на нѣкоторыхъ, даже іерарховъ, вольно или невольно, но повліяли. При всемъ этомъ Англиканская Церковь представляетъ собою большую пестроту и едва ли даже внѣшне сохранитъ свое единство послѣ неизбѣжнаго, рано или поздно, отдѣленія ея отъ государства, ибо зависимость отъ Парламента дѣлается невыносимой для англо-католиковъ. Поэтому, не разсчитывая на соединеніе съ нами всей Англиканской Церкви, что болѣе чѣмъ проблематично и, если возможно, то только въ отношеніи не особенно большой части ея, — надо всѣ усилія направлять къ обращенію отдѣльныхъ лицъ. А для того, чтобы и это было возможно, въ цѣляхъ церковной икономіи, надо примѣнять къ англиканамъ болѣе строгую практику, чѣмъ до сихъ поръ. Главная ихъ болѣзнь — расплывчатое понятіе о границахъ Церкви — должна лѣчиться полнымъ отказомъ отъ примѣненія неправославной теоріи г. Комненоса и прекращеніемъ всякихъ жестовъ, которые могли бы быть истолкованы какъ признаніе благодатности неправославныхъ общинъ.

/с. 67/ Англичане любятъ, чтобы съ ними говорили прямо. И если объяснить имъ откровенно, чѣмъ вызывается необходимость измѣненія практики въ отношеніяхъ съ ними, я не сомнѣваюсь, что они не почувствуютъ раздраженія, а авторитетъ Православной Церкви въ ихъ глазахъ только поднимется.

(1930). 

 

Примѣчанія: 
[1] Тhе Сhrіstіаn Еаst, Sерt. 1926, р. 114. Въ томъ же духѣ былъ настроенъ и извѣстный знатокъ и другъ Православія Бир-бэкъ. Онъ одновременно трудился надъ сближеніемъ англиканъ и съ Православной Церковью и съ католиками, со стороны которыть встрѣчалъ однако мало сочувствія. 
[2] «Они (армяно-григоріане и копты) до сихъ поръ сохраняютъ тѣ древнія преданія и особенности, кот. выдѣлили ихъ въ первые шесть вѣковъ изъ Греко-Латинскаго Христіанскаго міра. Они могутъ принести немалый вкладъ во вновь объединенную каѳолическую Церковь» (Тhе Сhrіstіаn Еаst, Sерt. 1926, р. 116). 
[3] Тамъ же. 
[4] Тhе Сhrіstіаn Еаst, Аutumn 1927, р. 104. 
[5] Rt. Rеѵ. С. Р. Аndеrsоn D: D: Віshор оf Сhiсаdо, А Сhаrgе tо the Аnnuаl Соnѵеntiоn оf thе Dіосеsе оf Сhiсаdо, Мау 28, 1912. Изд. Jоіnt Соmmіssіоn арроіntеd tо аrrаngе fоr а Соnfеrеnсе оn Fаіth аnd Оrdеr (20), р. 19-21. 
[6] Въ 1888 г. Ламбетская Конференція предложила старо-католикамъ право пріобщаться у англиканскихъ священниковъ. Это предложеніе было повторено въ1897, 1908 и 1920 г.г. Но старо-католики сомнѣвались въ благодатности англиканской іерархіи и признали ее лишь въ 1925 г. На Ламбетской Конф. 1920 г. было установлено общеніе между Англиканской и Шведской лютеранской церквами. Переговоры о взаимномъ признаніи таинствъ съ коптами, армянами и сирійцами еще не завершены. 
[7] Нореfull Соnfеrеnсеs іn Еnglаnd and Аustrаlіа. Рublіshеd bу thе Соntіnuаtіоn Соmmitteе rерrеsеntіng Natіоnаl Сhurсhеs, р. 6. 
[8] Іbidеm. 
[9] Іbidеm, р. 7. 
[10] Въ томъ же цитированномъ постановленіи говорится, что «признаки, которые должны характеризовать Церковь видимую на землѣ, находятся въ обладаніи этихъ существующихъ отдѣльныхъ Церквей и обществъ христіанъ въ очень различныхъ степеняхъ полноты или недостатка» (p. 7). 
[11] «...наши догматы и ученіе нашей Восточной Церкви еще древле изслѣдованы, правильно и благочестиво опредѣлены и утверждены Святыми и Вселенскими Соборами, прибавлять къ нимъ, или отнимать отъ нихъ что-либо непозволительно» (Грамота Восточныхъ Патріарховъ Англиканскимъ Епископамъ 1723 г. Изд. Москва, 1842 г., стр. 14). 
[12] Св. Патріархъ Тарасій на Седьмомъ Вселенскомъ Соборѣ заявилъ: «Зло такъ зло и есть, особенно въ дѣлахъ церковныхъ; что касается догматовъ, то погрѣшить ли въ маломъ или великомъ, это все равно: потому что въ томъ и въ друтомъ случаѣ нарушается законъ Божій». Это было сказано въ отвѣть на вопросъ одного діакона объ иконоборцахъ: «Вновь появившаяся ересь менѣе прежде бывшихъ или больше ихъ?» (Дѣян. т. VII, стр. 104, Казань, 1873). 
[13] Д-ръ Чарльзъ съ амвона объявилъ воскресеніе Христово мифомъ и говорилъ о «легендѣ пустого гроба». 
[14] Тhе Сhurсh Тіmеs, Junе 21, 1929, р. 752. 
[15] Никодимъ, Епископъ Далматинско-Истрійскій. Правила Православной Церкви съ Толкованіями. СПБ.; 1911, т. I, стр. 115. 
[16] «Воскресное Чтеніе», 1929, №№ 21, 22, 23. 
[17] Что священнослужители, присоединяющіеся къ Церкви изъ ереси или раскола, могутъ оставаться въ сущемъ санѣ именно изъ соображеній пользы, видно и изъ 57 пр. Карѳ., и изъ 1 пр. Св. Василія Вел. И тутъ и тамъ ясно высказана мысль, что внѣ Церкви нѣтъ благодатныхъ таинствъ и что принятіе въ сущемъ санѣ допускается лишь по принципу икономіи. А въ 68 пр. Карѳ. говорится, что можно принимать въ православный клиръ клириковъ донатистовъ «ради мира и пользы Церкви, по разсужденію каждаго каѳолическаго епископа, управляющаго Церковью въ томъ мѣстѣ... аще сіе окажется содѣйствущимъ къ миру христіанъ». Правило заключается словами: «да не будутъ лишаемы принятія въ своихъ степеняхъ, но паче (т. е. но лучше) да пріемлются тѣ, черезъ которыхъ оказывается споспѣшествованіе каѳолическому соединенію». 
[18] Еп. Никодимъ Далматинскій такъ толкуетъ это правило: «Такимъ образомъ, власть епископа рукополагать другихъ, сообщать имъ благодать священства, зависитъ отъ преемства, т. е. оттого, насколько онъ, надлежащій епископъ, принялъ, унаслѣдовалъ эту власть отъ лицъ, могущихъ передать ему оную законно, и посколько онъ эту унаслѣдованную власть умѣетъ хранить и, въ свою очередь, другимъ въ наслѣдство передать. Разъ епископъ потеряетъ эту властъ, вслѣдствіе ли раскола или ереси, тогда само собою понятно, онъ не въ состояніи и другимъ ее передать, такъ что въ этомъ епископѣ преемство прекратилось, т. е. онъ потерялъ наслѣдство, соучастникомъ котораго онъ сталъ черезъ хиротонію наравнѣ съ прочими православными епископами. Эта каноническая мысль о священной іерархіи въ Церкви, затронутая Василіемъ Вел. въ настоящемъ правилѣ, есть не что иное, какъ кратко формулированное ученіе объ этомъ Св. Писанія, Св. Отцовъ и учителей Церкви» (Правила Прав. Церкви съ Толк. СПБ., 1912, т. II, стр. 373). Къ сожалѣнію, самъ еп. Никодимъ въ своихъ толкованіяхъ иногда противорѣчитъ этому ученію. Т. о., стараясь согласовать отрицаніе внѣ церковнаго крещенія съ обычаемъ принимать еретиковъ безъ перекрещиванія, онъ дѣлаетъ удивительный логическій скачекъ и въ серединѣ стр. 283 (Т. I) прямо противорѣчитъ тому, что пишетъ въ началѣ ея. 
[19] Въ особенности это ясно изъ чина принятія еретиковъ въ Православіе. Принимаемый, между прочимъ, исповѣдуетъ: «Сію убо Церковь (т. е. Православную) невѣсту Христову быти исповѣдую, и въ ней быти истинное спасеніе: кромѣ же сея, яко не возможно есть никому же спастися вѣрую». 
[20] Раstоrаl Dirесtіоn аnd Instructіоn оn Оrthоdох аnd Рrоtеstаnt Episcоpal Rеlаtоns аnd Міnіstrаtіоns іn Аmеrіса. Тhе Оrthоdох Саthоlіс Rеѵіеw, Вrооklуn, Арr.-Мау 1927, ѵоl. I, р. 158-164. 
[21] Англиканинъ Еп. Глочестерскій правильно понялъ общій духъ заявленія Православныхъ делегатовъ: «Согласно этой деклараціи, Православная Церковь, говоритъ: Мы единственная Церковь; то, во что мы вѣримъ, истина; никто, кромѣ насъ, не принадлежитъ къ Церкви и мы не можемъ соединиться ни съ кѣмъ, кто вѣруетъ иначе, чѣмъ мы» (Тhе Сhrіstiаn Еаst, Wintеr, 1927, р. 187). 
[22] Мr. W. J. Віrkbесk tо М. l'Аbbе Роrtal, Тhе Сhrіstiаn Еаst, Аug. 1923, р. 133. 
[23] См. обращенія къ Амер. Еписк. Церкви Еп. Горазда и Комитета Румынскихъ священниковъ въ Америкѣ къ Митрополиту Сирійскму (Тhе Оrthоdох Саtholiс Reѵіеw. Мау 1923, р. 101-104). 
[24] Тhе Сhrіstiаn Еаst, Wіnt., 1927, р. 187. 
[25] Тамъ же. стр. 188. 
[26] Фр. Либъ, Православіе и Протестантизмъ (съ нѣм.), «Путь», № 16, 1929. стр. 69. 
[27] Тамъ же, стр. 80. 

 

Источникъ: Протопресвитеръ Георгій ГраббеЦерковь и ея ученіе въ жизни.(Собраніе сочиненій). Томъ первый. — Монреаль: Издательство Братства Преп. Іова Почаевскаго, 1964. — С. 44-67.

Joomla SEF URLs by Artio