RizVN Login



   

АКТУАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

01 Январь 2017

"Новые мученики Российские". Том III. Глава XVIII. Гонение на Православие в Польше

НОВЫЕ МУЧЕНИКИ РОССИЙСКИЕ
(Третий том собрания материалов)
 
Составил
протопресвитер М. Польский
 
Глава XVIII.
Гонение на Православие в Польше
 
Основанием для гонения на Православие в Польше послужило стремление воинствующего католицизма к насильственному обращению в лоно Ватикана всего некатолического населения Польши, и именно православного как беззащитного, а не протестантского.

Разрушение Христианства в России совершалось во имя безбожия и коммунизма, разрушение Православия в Польше, в то же время, происходило во имя римо-католицизма.

Этот поход против Православия насилием производила гражданская администрация Польши, при поддержке и руководстве местной римо-католической церкви и при сочувственно-дипломатическом молчании Рима.

Что в таком акте ничего существенно нового в истории взаимоотношений римо-католицизма и Православия не произошло, мы вспомним характерные эпизоды.

В 1054 году Запад порвал с Православным Востоком, утверждая латинские ереси.

12 апреля 1204 года крестоносцы 4-го Крестового похода, вторгшись в Константинополь, бросились грабить церкви. Попирали иконы, кресты, мощи, Святые Тайны. Всюду искали золото и драгоценности. Насилия, пьянство, разврат, убийства всюду сопровождали их нашествие. Жители не оказали сопротивления, и сам престарелый Патриарх Иоанн Каматира без обуви, в скудной одежде, без мелкой монеты спасался бегством. Папа Иннокентий 3-й одобрил действия крестоносцев, признав во всем случившемся волю Божию, будто таким образом устроившую соединение церквей, греческой и латинской, и назначил в Константинополь своего патриарха. В Никее ставились патриархи греческие, православные до 1261 года, когда Константинополь снова занят был греками.

Впоследствии, пережив ужасы взятия Константинополя турками, 29 мая 1453 года, греки говорили: "Лучше турецкая чалма, чем папская тиара".

При союзе же императора Михаила Палеолога с римской церковью посланцы папы устремились на Афон в 1280 году и здесь за сопротивление латинской ереси разгромили обители Иверскую, Ватопедскую, Зограф, где утопили, повесили, сожгли множество насельников, предав затем уничтожению все башни, келлии и всякие жилища на всей Святой Горе.

На заре Христианства в России сын святого князя Владимира Святополк Окаянный, убийца трех братьев своих Бориса, Глеба и Игоря, с женой-полькой и латинским епископом Рейнберном готовил восстание против своего отца с мыслью подчинить Русскую Церковь Риму. Все трое они сидели в заточении почти до смерти князя.

Во время татарского нашествия и страшного разорения Руси Батыем, когда три четверти нашей Родины лежало в развалинах, а уцелевший народ погибал от голода, холода и болезней, римский папа призвал западных соседей, римо-католиков к крестовому походу на "схизматиков"- православных. Юный князь Новгородский Александр Ярославич у реки Невы разгромил шведское войско 15 июля 1240 года. А в следующем году рыцари-меченосцы двинулись на псковскую и новгородскую земли, уцелевшие от монгольского нашествия, убивая и пленяя русских людей, сжигая церкви, разграбляя иконы и церковную утварь городов и сел на своем пути. И 5 апреля 1242 года на широком ледяном пространстве Чудского озера тот же князь Александр Невский нанес им страшное поражение, уничтожив всю их силу. Два похода на Россию, шведский и немецкий, и по времени и по своему смыслу и значению включаются в эпоху крестовых походов. (Каким же чудовищным противоречием правде является разрешение папской церкви, данное униатам, править церковные службы по нашим церковным книгам. В наших богослужебных книгах в день памяти и святой кончины святого благоверного князя Александра Невского, 23 ноября, поются такие слова: "Радуйся, свободивый град Псков от неверных; радуйся латинские учения презревый, и прелесть их в ничтоже вменивый; зарями благочестия российскую землю просветил еси и отгнал еси тму глубокую еретичествующих; всякое убо еретическое нечестие попрал еси, свое же отечество добре управил и соблюде; сиянием Духа Святаго просвещаемся, Александре богомудре, учения латинския презрев, и прелесть их обличив, и самех укорив, и чужды веры правыя нарек, и дерзость их в ничтоже вменив, и сего ради от Христа Бога приял еси воздаяние в Царствии Небеснем".) 

В 1603 году в Польше появился самозванец, беглый послушник Григорий Отрепьев, уверявший, что он Царевич Димитрий, спасшийся в 1591 году от убийц. Польский король и римский папа поддержали его. Он принял католичество, собрал войско и начал поход на Москву, которую и занял и правил Русью почти год. Второй самозванец — тушинский вор — был поддержан поляками. Наконец, польский королевич Владислав, претендуя на Русское Царство, не принял Православия, и Патриарх Гермоген освободил москвичей от присяги Владиславу и призвал весь Русский Народ встать на защиту Отечества. Это стоило Патриарху жизни: его уморили голодом весной 1612 года.

Афанасий (Филиппович), игумен Брестский, обличитель унии и исповедник, претерпевший пытки от латинян, принял мученическую смерть 5 сентября 1648 года. (Здесь следует упомянуть, что святую истину Православия познавали и из среды римо-католиков.) 

Когда император Михаил Палеолог в 1278 году издал указ о введении унии насилием, был выслан с Афона и заточен монах Никифор, который был родом из Италии, католик, отринувший латинское вероучение с его заблуждениями и нововведениями и принявший Православие.

На русской земле прославлены преподобный Антоний Римлянин, прибывший в Великий Новгород и там скончавшийся в 1147 году (память 3 августа), блаженный Прокопий, Христа ради юродивый, Устюжский чудотворец, римо-католик из немцев, прославленный прозорливостью и чудотворением, скончавшийся в 1303 году (память 8 июля), и блаженный Исидор, Христа ради юродивый, Ростовский чудотворец, также из немцев римо-католиков, скончался в 1474 году (память 15 мая).

Белорусское и украинское население Польши подвергалось постоянным преследованиям за свое Православие правительством и лишено было политических прав. Систематические преследования начались с конца 16-го столетия и продолжались до конца 18-го, до самого падения Польши. В 1733 году был издан закон о лишении политических и гражданских прав всех проживающих в ее пределах граждан некатолического вероисповедания.

За сопротивление униатству многие пострадали. Например, был мучим и усечен мечом благочестивый старец Даниил Кушнир в местечке Мглееве Смелянской губернии 29 июля 1766 года, глава которого была погребена в храме города Переяслава. Другие примеры мученичества связаны с политическими подозрениями и обвинениями, но таковые безусловно только прикрывали фанатическую религиозную ненависть. Так, во время польского мятежа 1863 года поляками был повешен ночью, 22 мая, после жестоких мучений священник Суражской церкви Белостокского уезда, Гродненской губернии отец Антоний Прокопович. 23-го мая того же года мятежниками повешен священник Минской епархии отец Дионисий Конопасевич. 3-го июня в селе Котре, Пружанского уезда, Гродненской губернии, повешен отец Роман Рапацкий, на могиле которого устроена церковь во имя святого мученика Романа на собранные пожертвования, и одним из главных жертвователей был Император Александр III. Псаломщик Феодор Юзефович, села Святая Воля, Пинского уезда, повешен 18 апреля 1863 года.

За Православную веру и привязанность к России поименно известных, по преимуществу крестьян и лиц других сословий, убито (повешено) в Виленской, Гродненской, Минской, Могилевской и Ковенской губерниях 63 человека. Имена и число других, насильственно уведенных и без вести пропавших, неизвестно.

Вдохновителем и главным виновником религиозных гонений православного духовенства и населения в Галицкой Руси был в начале 20-го столетия Львовский униатский митрополит граф Андрей Шептицкий.

В 1910 году учитель Грейс так избил кастетом русского мальчика Михаила Коханчика, что тот скончался в страшных мучениях от воспаления мозга. И это за то, что он прочел молитву "Отче наш" по-славянски, как его научила русская мать. Перед этим тот же Грейс выбил кулаком глаз сестре Коханчика за то же самое. Оба преступления остались безнаказанными. И такие случаи не единичны. Издевательства и истязания русских детей в низших и средних школах Галиции были в 1910 году предметом обсуждения в нашей Государственной Думе. По поводу мученической кончины Михаила Коханчика в Казанском соборе была отслужена панихида, на которой присутствовали члены Государственного Совета и Государственной Думы, представители Академии Наук, различных славянских организаций и множество учащейся молодежи. Епископ Холмский Евлогий сказал прочувственное слово, тронув молящихся до слез.

Угорская Русь примыкает к Галиции и Буковине. Эта ветвь Русского Народа живет в Угорской Руси с давних времен, ранее чем X века. Венгерские короли, вдохновляемые римо-католическим духовенством, стали преследовать православных еще с XIV века и особенно с введением унии в XVII веке. Мадьяры боялись русофильского и в пользу Православия движения и подавляли его беспощадным образом. Аресты, штрафы и бесчеловеческие пытки заставляли многих оставлять свою родину и переселяться в Америку. Состоявшийся в 1914 году над православным населением и духовенством судебный процесс в Мармарошь-Сигете служит ярким свидетельством всех тяжелых религиозных преследований и мучений несчастных страдальцев.

* * *

Почти с первых же дней восстановления Польши, то есть с начала 1919 года, Русская Православная Церковь, оказавшаяся на территории нового государства, стала терпеть притеснения. Все усиливающиеся притеснения Православия и русских людей происходили на политической и религиозной почве: польское государство стало стремиться к тому, чтобы денационализировать русское население на своей территории, а православие заменить католичеством.

Дабы легче было справиться с этими задачами, польское католическое государство повело на своей территории кампанию постепенного ослабления, а затем и разрушения устоев Православной Церкви. Для этого были проведены под непосредственным давлением правительства в согласии его с католической церковью, автокефалия Церкви, затем ее украинизация, белорусизация, чехизация и, наконец, полонизация. В интересах разрушения Православия в Польше и окатоличения ее русского населения польское правительство и папский престол в Риме искали способа отделения православного пятимиллионного населения от Российского Патриархата. Учреждение автокефалии лишало его защиты с чьей-либо стороны.

Скитавшийся в Европе бывший архиепископ Минский Георгий (Ярошевский) через посредничество польского посла в Риме внушил полное доверие папе для исполнения его поручения и в 1921 году прибыл в Польшу и вступил в управление Варшавской епархией. Из шести епископов, оказавшихся на территории польского государства, только два — Георгий и Дионисий, епископ Кременецкий, — были за отделение, остальные — портив. Из последних — кто был выслан заграницу, кто был заточен в монастыри. На прошение об автокефалии Святейший Патриарх Тихон ответил следующее:

"Священные каноны нашей Церкви предусматривают автокефалию для самостоятельных народов. Если бы польский народ, получивший недавно суверенность, был православный и просил бы автокефалию для себя, мы бы ему в этом не отказали, но давать автокефалию для разноплеменных православных, проживающих в пределах польского государства на положении национальных и религиозных меньшинств — нам не позволяют ни здравый разум, ни священные каноны. Что возможно, то мы уже дали православным в Польше — широкую поместно-церковную автономию".


Митропролит Георгий (в миру Григорий Григорьевич Ярошевский)
 
Собором двенадцати русских заграничных епископов (в августе 1922 года) в подробностях разъяснена была незаконность этой претензии и осуждены насильнические акты в отношении к епископам, не согласившимся на самовозглавление Православной Церкви в Польше.

1/14 июня 1922 года введена была автокефалия в Варшавском митрополичьем округе, составляющем часть Российского Патриархата.

Насилия митрополита Георгия внесли острые раздражения в сердца, и 8 февраля 1923 года он был застрелен архимандритом Смарагдом (Латышенко).

Далее описание периода гонений на Православие в Польше, по 1933 год, принадлежит А.К. Свитич. (Магистр богословия А.К. Свитич. "Голгофа Православной Церкви в Польше в годы ее автокефалии". "Русская жизнь". 26 февраля 1959 г.) 

Верная своим вековым "традициям" Речь Посполитая Польская в 1918-1939 годах полностью повторила, мягко выражаясь, свои прежние ошибки в отношении оказавшегося на ее территории православного населения и делала все, чтобы оттолкнуть от себя это население.

В продолжении своего кратковременного, двадцатилетнего, существования возрожденная ультра-католическая Польша вела упорную борьбу с другим христианским исповеданием — Православием, не гнушаясь в этой борьбе никакими средствами вплоть до разрушения динамитом православных святынь.

Во время Первой мировой войны 1914-1918 годов православное население тогдашнего Привислинского и Северо-западного краев в подавляющем своем большинстве, вместе с духовенством, было эвакуировано вглубь России и на местах оставалось не более 10 священников и иеромонахов, исполнявших пастырские обязанности для оставшихся православных.

Когда в 1918 году беженцы стали массами возвращаться в родные края, то вместе с народом стали просачиваться и священнослужители, а к концу того же 1918 года, то есть к моменту восстановления Польского государства, церковная жизнь в Польше стала оживляться, восстанавливались православные приходы, рукополагались к ним священники, были организованы Епархиальные управления в Вильне и Гродне, а в столице Польши — Варшаве создался Церковный Совет, поставивший своей задачей защиту церковных интересов в безвременье.

Но в эти же годы (1918-1920) началось массовое, особенно в Холмщине, закрытие православных храмов, обращение их в римо-католические костелы и даже разрушение.

Согласно официальным статистическим данным, только в первый год правления польского правительства было отобрано 400 церквей. В действительности же эта цифра намного больше, ибо в одной только Холмщине было отобрано свыше 300 церквей, в Гродненской епархии — около 100 церквей; сюда еще входили Виленщина, Полесье, Волынь и коренная Польша.

Такое отбирание церквей правительство польское называло "ревиндикацией", то есть возвращение их первому владельцу. Однако это далеко не отвечало правде, поскольку из отобранных православных церквей весьма малое их количество было когда-то католическими костелами, большинство же — это бывшие униатские храмы. Но среди отобранных церквей были и такие, которые никогда не были ни католическими, ни униатскими.

"В праздник Рождества Пресвятой Богородицы, — говорил сенатор Польского Сената В.В. Богданович, — во время Божественной литургии ворвался в церковь в Новом Дворе полицейский Александр Боцьковский, с шапкой на голове и винтовкой на плече, и громко потребовал прекращения Богослужения и оставления церкви всеми, так как он должен ее запереть. Несмотря на просьбы верующих о том, чтобы не мешали их молитве, полицейский упорно требовал исполнения своего приказания и, по удалении всех, церковь была запечатана, а потом... разрушена.

Таким же образом, с еще большим насилием оскорбляя храмы выбрасыванием святых икон и иконостасов, церковной утвари и богослужебных облачений, были отобраны церкви в Бенице, Белице, собор в Лиде и во многих других местах. Хитростью был отнят Православный собор в Вильне, подобным же образом, при помощи поддельных ключей, отобрали Благовещенскую церковь и Женский Мариинский монастырь в Вильне же, а утварь церковную просто разграбили. Неоднократно церковная утварь продавалась на рынке, а один католический ксендз имел смелость принести на продажу некоторые церковные вещи в Виленский епархиальный (православный) склад".

В первые же годы существования восстановленного Польского государства было приступлено к разрушению величественного Православного собора в Варшаве на Саксонской площади. Тогдашний польский Сейм, санкционировавший разрушение православной святыни, положил в основу своего решения то соображение, что этот собор являлся-де памятником и свидетельством польской неволи. Почти в течение трех лет проводилось разрушение этого собора и, наконец, в 1927 году он был взорван динамитом. Погибло ценнейшее произведение архитектуры, погиб архитектурный шедевр, погибли редчайшие мозаики, фрески, погибла замечательная мраморная облицовка стен и колонны из драгоценного мрамора. Гранит фундамента оказался зарытым в землю. Великолепный кирпич, специально изготовленный в Финляндии, пошел в виде мусора на тротуары улиц столицы Польши и других городов.

Кроме как в Варшаве, были разрушены православные соборы в городах Люблине, Калише, Влоцлавке, Плоцке и Кельцах. Была разрушена также военная церковь в Варшаве, а на ее месте сооружен танцевальный зал.

Отбирание православных церквей приводило не раз к пролитию крови. Таким путем были отобраны православные церкви в селе Житомле — на Гродненщине и в селе Веселухе — на Виленщине.

Не только храмы забирались польским правительством у православного населения. Забирались также и церковные имущества, бесспорно принадлежавшие православным. Так, например, в Вильне, в первый же год польского владычества, был отнят у православных архиерейский дом, купленный в свое время на средства православного населения без всякого участия русского правительства. В указанном доме находилась архиерейская домовая церковь. Она была разрушена внутри, церковная утварь и иконостас исчезли без следа, а в самом храме отцы иезуиты устроили кинотеатр.

В первый же год существования возрожденной Польши правительство последней в полной мере, без какого-то бы ни было согласия Православных духовных властей, начало применять к Православной Церкви изданный в конце 1918 года декрет об отчуждении для нужд колонизации и земельной реформы церковных земель. Земля у православных церквей отнималась самовольно, безотносительно к тому, была ли это земля отведенная, правительством дарованная, пожертвованная в виде фонда или даже благоприобретенная. Для церквей оставлялось по 15-30 гектаров, а иногда и того менее.

Там, где были отобраны церкви, православных духовных лиц выгоняли на улицу, а в здания церковных школ помещали польские школы.

Польское правительство старалось ослабить Православную Церковь и тем, что не разрешало преподавания Закона Божия в школах или всеми способами препятствовало этому. В первые же годы польского владычества православное вероучение преподавалось только в городах и в некоторых крупных местечках, а по деревням вовсе не преподавалось. Отказы на разрешение преподавания обычно мотивировались тем, что православные священники не знают не только польского языка, но даже и белорусского, а учебников других не имеют, кроме руководств на русском языке.

Католический клир, при молчаливом согласии правительственных властей, очень скоро приступил к совращению православных детей силою в католичество. Так, например, в местечке Жировицах, Слонимксого уезда, на Гродненщине, где имеется издревле православный монастырь и приют при нем (а до войны там существовало и Мужское Духовное училище), православных детей — воспитанников этого приюта совершенно перестали водить в церковь, а вскоре этот приют и совсем был закрыт.

Словом, с первых же лет существования восстановленного Польского государства правительство последнего не только не способствовало нормализации жизни Православной Церкви и ее последователей, но делало все для того, чтобы затормозить развитие этой жизни.

Борьба с Православием велась на протяжении всех 20-ти лет существования Польши как суверенного государства. Правда, порой она несколько ослабевала с тем, чтобы вскоре проявиться в более широких размерах.

И характерно, что в этой борьбе принимало участие не столько само католическое население Польши, сколько его духовные руководители — католические ксендзы, поддерживаемые административными властями.

Здесь нельзя не остановиться на том печальном факте, что разрушению православных святынь, как это ни покажется удивительным, иногда содействовала сама православная Высшая Церковная Власть.

"Захотелось, например, — рассказывает В.В. Богданович, — магистру города Калиша разрушить православный собор в этом городе. Магистр обратился к воеводе, воевода попросил министра, министр митрополита. Положение митрополита в то время было непрочно и, разумеется, он дал согласие... Как видно из документов, митрополит этим согласием хотел обеспечить постройку новой церкви в Калише и потребовал соответствующих обязательств от магистрата и обещаний от министерства. Но обязательств не дали, а собор и так разрушили".

Православный собор в городе Плоцке был отобран римо-католиками у православных еще в 1922 году вместе с землею и пятью домами. Два дома и сам храм оказались во владении магистрата. В 1928 году местное православное население, по собственной инициативе, начало судебный процесс против магистрата, и суд в двух инстанциях признал и собор с землею, на которой был построен, и дома собственностью православного прихода. Оставалось только получить эти недвижимости и вступить во владение ими, но судебные власти потребовали от прихожан удостоверения, что православный приход в Плоцке не закрыт, то есть существует как юридическое лицо. Министерство исповеданий отказало в выдаче такого удостоверения, хотя в списках православных приходов, официально изданных тем же министерством еще в 1920 году, этот приход указан. Тогда прихожане обратились к митрополиту Дионисию и Варшавской Духовной консистории, но и здесь получили отказ. А тем временем Плоцкий магистрат начал производить разборку собора.

Подводя некоторые итоги разрушительной работы католического клира и поддерживающего его польского правительства, можно смело утверждать, что только за первые 10-12 лет самостоятельного существования Польши православное население потеряло не менее 500 храмов. На одной только Холмщине и Подляшьи, как это было официально засвидетельствовано на происходившем в конце декабря 1933 года епархиальном собрании представителей и мирян Варшавско-Холмской епархии, было закрыто 104 храма, снесено 55 храмов, разбито и сожжено 36 храмов и "переосвящено" в католические костелы 137 храмов. На всей Холмщине оставалось около 60 храмов и православных приходов, причем все они были признаны правительством. Люди вынуждены были молиться в частных домах, в часовнях и даже под открытым небом.

Православная Церковь потеряла около 20 000 гектаров земли. Отбирались даже дарственные земли. Так было отобрано около 500 десятин дарственной земли от Зимненского Женского монастыря, Волынской епархии. Отобраны были также земли от Дерманского Мужского монастыря, Корецкого Женского и Жировицкого монастырей. Наконец, была отобрана весьма ценная собственность Волынского духовенства — имущество бывшего Мелецкого Духовного училища, возле города Ковеля. Отобрана также и передана католикам знаменитая каменная церковь в Лидском уезде, Виленской епархии, отстроенная на средства Русского Императора Александра I-го в память войны 1812 года. Лидский уездный староста (начальник уезда) привел православного благочинного к церкви, где уже были собраны представители католического костела и приказал ему расписаться в передаче церковных ценностей, после чего из церкви немедленно были вынесены иконы, а иконостас был сломан и выброшен, церковь же была переделана в костел. Вся вина церкви была в том, что она когда-то находилась в руках униатов, хотя была построена до унии, в 1407 году, и являлась первой каменной церковью в крае, а потому и одной из наиболее дорогих святынь и с точки зрения религиозной и исторической.

Отбиралось также и имущество, принадлежавшее Православным Братствам в Луцке, Вильне, Остроге на Волыни, сыгравшим в свое время такую крупную роль в деле защиты Православия в XVI-XVIII веках.

Летом 1929 года римо-католические духовные власти предъявили 724 иска в окружных судах Польши об изъятии из рук православного населения храмов и церковного имущества, в том числе Успенской Почаевской лавры, Богоявленского, Троицкого, Зимненского, Мелецкого и Жировицкого монастырей и кафедральных соборов в городах Кременце, Луцке, Остроге.

Путем отнятия от Православной Церкви и православного населения его вековых святынь и церковного имущества Рим надеялся подготовить почву для введения на восточных землях пресловутой унии. Как один человек, встало православное население на защиту своей веры, своих храмов; был создан "единый православный фронт", в Польском Сейме раздались громовые речи православных депутатов, в печати появились грозные предостерегающие статьи, и Высшая Церковная Власть, сознавая всю ответственность свою перед Православной Церковью и населением, признала необходимость образовать под непосредственным наблюдением К.Н. Николаева (Юрисконсульта Священного Синода) Особую при Священном Синоде Комиссию по организации судебной защиты святынь и церковного имущества против покушений католического клира.

Наивысший суд в Варшаве, рассмотрев принципиальный вопрос о компетенции судов в ревиндикационных делах, признал эти дела не подлежащими ведению судов. Таким образом, Православная Церковь одержала крупный успех в защите своих жизненных интересов.

Но если в 1933 году сила должна была уступить место праву, то как жестоко, спустя пять лет, весной и летом 1938 года, право это было грубо физически попрано силой во время варварского разрушения православных святынь на Холмщине и Подляшьи.

Так рассказывает об этом периоде гонений на Православную Церковь в Польше вышеуказанный автор.

Польские власти не исполнили своего обещания придерживаться в практике автокефалии Церкви статей конституции Польской республики, гарантирующих полную свободу религий в государстве и невмешательство последнего в вероисповедные дела подданных.

Наоборот, под давлением польского правительства, делавшего дело с согласия и по желанию католической церкви, все время в том или ином виде безобразно наседавшей на Православную Церковь, постепенно были введены в практику священнослужения и богослужения несвойственные Русской Православной Церкви наречия и языки: украинское и белорусское, чешский и польский языки, на каковые в разное время (начиная с 1925 года и по 1937 год) переведены богослужебные книги. Наряду с этим, под терроризирующим давлением польского правительства и школьных, административных и даже самоуправленческих властей на местах, проведено: новый стиль в церковной жизни, преподавание Закона Божия в школах на польском языке по учебникам, полным неправильностей в переводах, проповеди в храмах на польском языке, богослужения на украинском и белорусском наречиях и чешском и польском языках, а также ведение приходских канцелярий на польском языке.

Насильственное обращение православных в римо-католичество началось в конце 1937 года в пограничных с Россией областях Польши. По сигналу, данному из Ватикана в начале 1938 года, соединенными усилиями католической церкви и правителей Польши, на всей территории государства начался последний натиск на Православную Русскую Церковь.

Сигнал из Ватикана дан был специально для этого придуманной канонизацией иезуита Андрея Боболи.

Андрей Боболя, монах ордена иезуитов, родившийся в 1591 году, религиозный деятель Бобруйска и Пинска, во время казацких войск, 10 мая 1637 года был схвачен и убит казаками. Тело его было похоронено в Пинске, а затем в 1827 году перенесено в Полоцк. Папа Пий XI канонизировал его 17 апреля 1938 года. (Подобный случай был и ранее. Иосафат Кунцевич, архиепископ Полоцкий, родившийся в 1580 году, убит 12 ноября 1623 года жителями Витебска, выведенными из терпения насильственным введением униатства. В 1867 году папа Пий IX канонизировал его.) 

Совершенно очевидно, что канонизация такого миссионера пред насильническим походом на православие возбуждала чувство ненависти и мщения, а не апостольское желание просвещения заблудших.

С большой пышностью канонизация была совершена в Риме, и это торжество повторено в Польше. Август Глонд объявил в своем манифесте, что канонизация Андрея Боболи — это начало выполнения его заветов, то есть "апостольский" поход на Православие ("на восточные земли схизматиков"). Как бы в доказательство единения усилий католической церкви и польского государства в этом походе, на торжестве канонизации Андрея Боболи совместно присутствовали кардинал Глонд и президент Польской республики.

Поход сперва обнаружился на восточных окраинах Польши, то есть на Волыни и Полесьи, а затем распространился на Холмщину и всю остальную Польшу.

Накануне Пасхи в апреле 1938 года последовало закрытие храмов и молитвенных домов в 23 местах. К 18 июля число уничтоженных храмов достигло 108.

Общее число уничтоженных папистами христианских святынь точно не установлено, но оно не ниже двухсот шестидесяти. В самой Варшаве из двадцати православных храмов осталось незакрытыми три, из них один кладбищенский на Воле.

Свидетельство о глубоком духовно-нравственном мученичестве всего православного населения в Польше, которое к 1-му января 1938 года составляло 4 160 000 человек, мы находим в меморандуме, в памятке, излагающей настоящее положение дел пред Польским правительством в Послании к народу от 16 июля 1938 года, Собора Православных архиереев в Польше.

"Стенания и горькие слезы обездоленного народа, — говорится в документе, — который своими глазами видел разрушение и поругание своих святынь, реками плывут к нам и готовы затопить нас. Еще так недавно никому в голову не могло придти, что так близка суровая и несправедливая расправа с христианскими храмами в христианской стране, равное тому, что совершается в странах, не признающих религию за фактор положительный. Никакие ходатайства не в силах были изменить этих суровых распоряжений и действий. В знак единения с вами в великом горе, постигшем всех нас, устанавливаем по поводу недавно случившегося трехдневный пост с молитвою 19, 20, 21 июля (1, 2, 3 августа нового стиля) сего года, как это научили нас делать и благочестивые иудеи ветхозаветные, и первые христиане. Верим, что Господь призрит на молитву и пост наш, ибо Он Сам научил нас, что все лукавое и беззаконное изгоняется молитвою и постом. Соединим же, все боголюбезные чада наши, усердный пост с горячею молитвою, чтобы Сам Бог, по кратковременном страдании нашем, усовершил всех нас, утвердил, укрепил и сделал непоколебимыми (1 Пт. 5, 10) в Святой Праотеческой вере нашей до скончания века нашего".

Голос церковной православной власти в Польше звучал мужественно. Население отлично знало об исключительных условиях существования ее в государстве. Автомобили, дворцы, угодья, войсковые части для встреч, огромные гонорары от государства даны были православному епископату, чтобы связать его волю, сделать его покорным и молчаливым в дни гонений на возглавляемую им церковь.

Все попытки нескольких месяцев защитить свое право, достояние и религию не привели ни к чему. Сейм и сенат не стали даже обсуждать интерпелляций своих членов от русского населения. Министр внутренних дел не нашел ничего беззаконного в действиях местных административных властей и отдельных чиновников, совершивших уголовные преступления.

Польское правительство, представители обеих палат — поляки и польская печать информировали польскую общественность, что все разрушаемые и отымаемые православные святыни принадлежали в свое время униатской церкви. По данным же, имеющимся в распоряжении Высшей Церковной Власти Православной, из числа разрушенных и отнятых святынь, лишь около 3% принадлежали униатам, да и то будучи отнятыми у православных после 1596 года, то есть после Брестской унии. Отнятые у православных храмы были построены или до церковной унии 1596 года, или после воссоединения униатов, то есть после 1875 года. Другими словами, церкви эти никогда униатскими не были. В силу же договора Ватикана с польским государством от 20 июня 1938 года, обсужденного и утвержденного польским сенатом 14-го июля того же года, все церковные имущества, принадлежащие к разрушенным и отымаемым храмам, якобы принадлежавшим когда-то униатам, поступают во владение римо-католической церкви. Установлено документально и фактически, что производимое по всей территории Польши уничтожение Православной Церкви вполне организовано и является планомерно проводимым желанием польского государства и удовлетворением вековых претензий римо-католической церкви. Ни польское государство, ни римо-католическая церковь не могли бы каждое в отдельности провести совершаемый план.

Священники, совершавшие богослужения или пытавшиеся их совершать на месте разрушенных храмов, штрафовались местными административными властями, и, кроме денежного штрафа, подвергались аресту на несколько месяцев. Большинство священников такие богослужения проводили.

Произошло множество случаев избиения мирян, а также в некоторых случаях и священников, пытавшихся защитить свои разрушаемые храмы. Отряды специальных разрушителей храмов, формируемые административными начальниками на местах, обычно охранялись сильным нарядом вооруженной винтовками полиции и работали в спешном порядке, принимая участие в преследованиях православных мирян, избиениях их и священников полицией и т.п.

На месте уничтоженных церквей возникали со сказочной быстротой католические костелы, выстраивались из церковного материала школы — известные в Польше рассадники полонизации русских детей, а в некоторых храмах, без особенной переделки, заводились польской молодежью нечто вроде клубов — с музыкой, танцами и продажей алкогольных напитков.

Среди храмов, разрушенных до основания, имелись и редкие памятники древнего русского зодчества.

Дабы лишить паству всякого соприкосновения с православной религией, административные местные власти совершали обыски у настоятелей приходов и отнимали приходские книги, а также богослужебные книги.

Из огромного количества эпизодов, происходивших при уничтожении православных храмов, приведем один.

4-го июня 1938 года, по распоряжению Томашевского уездного старосты, многочисленный и сильно вооруженный отряд полиции прибыл в м. Пашов, чтобы присутствовать, а в случае надобности и оказать содействие при разборке православного храма — большого деревянного строения. Никакие слезы и мольбы верующих не тронули исполнителей этого дела. Многие из православных за свое вмешательство были избиты и многие арестованы. В течение трех дней происходило разрушение этого храма, сопровождавшееся кощунственными и святотатственными действиями со стороны разрушителей. На церковном погосте, у храма, находилась могила бывшего настоятеля отца Андрея Коронинского. В надежде найти в могиле какие-нибудь ценности, рабочие на глазах властей осквернили могилу и гроб покойного. Храм был разрушен до основания, часть материала продана на месте, часть свезена на склад, а место, где стояла православная церковь, отведено под спортивную площадку для молодежи.

Каковы же результаты такой борьбы с Православием? После того, как народ был терроризирован и создано паническое настроение, начали уговаривать тех, фамилии которых кончались на "ский", "ич" и т.п., что они должны возвратиться к "вере отцов". Когда так называемые поляки подписали заявление о своем переходе в католичество, вслед за ними пошли и те, кому более других угрожало выселение с земли отцов за границу. Новых католиков, которые при всякой возможности продолжали ходить в православную церковь, оказалось всего около 4 000. Предполагалось же в самый короткий срок обратить в католичество 350 000 человек.

Не меньшее гонение на Православие было со стороны Ватикана на Балканах. Много претерпели православные Сербии, Хорватии, Боснии, Герцеговины от римской курии.

Италия оккупировала Албанию (14 апреля 1939 года) с благословения папы. К отрыву Хорватии от православной Югославии папа отнесся сочувственно. Здесь началось гонение на православных и насильственное обращение их в католичество.

В Хорватии было 2 300 000 православных. Многие православные церкви были разрушены. Многие православные учреждения конфискованы, другие превращены в католические церкви. Монастыри, часть которых имеет большое историческое прошлое, были переданы римо-католическим орденам. Патриарший дворец занят католиками. Чиновники православного вероисповедания уведомлены, что в Хорватском государстве могут оставаться на государственной службе только те, кто принадлежит к римско-католической церкви. Некоторые римско-католические газеты в Хорватии одобряли эти преследования.

Римско-католическое духовенство принимало все меры к насильственному обращению православных в католичество. Было обращено в унию 240 000 сербов.

Была уничтожена Горно-Карловацкая епархия. От многочисленной и цветущей епархии осталось только 25 приходов.

Ксендзы с церковных амвонов призывали к избиению православных. Среди убитых был Сараевский митрополит Петр, культурный и прекрасной души человек. Убит епископ Платон. Под влиянием проповеди ксендза разъяренные женщины-католички ворвались в квартиру епископа Саввы, убили его и тело бросили в реку. Убит в городе Загребе Митрополит и епископ Ерофей. В самой Сербии несколько епископов расстреляли, а Патриарха отправили в тюрьму и вместе с ним трех епископов.

 
Петр (Зимонич), митрополит Дабро-Боснийский
 
Платон (Йованович), епископ Банялучский
 
 
Из Хорватии, Герцеговины бежали в Сербию 600 священников.

С благословения Ватикана, 17 декабря 1941 года в Загребе был созван собор католических епископов Хорватии для выработки инструкций об обращении православного населения Сербии в католицизм.

В Боснии идейным лидером убийств православных был католический епископ Сарик. Все это делалось с одобрения католического архиепископа Загребского Стапинаца.

Архиепископ Стапинац и другие хорватские епископы засвидетельствовали свое одобрение этой противохристианской и дикой кровавой оргии, так как они ни разу не подняли голоса против такого поведения их духовенства и никаким действием не пытались выразить свое недовольство этими преступлениями. Их полное молчание — доказательство их согласия.

В Словакии Ватикан вел такую же агрессивную политику по отношению к православным. Свою политику он осуществлял чрез словацкую католическую народную партию во главе с католическим священником А. Глинкой, а в последнее время чрез священника Тисо. Кровь православных лилась в Словакии рекой, но Ватикан так был доволен такой деятельностью Тисо, что присвоил ему звание ватиканского придворного и посвятил его в епископы.

Как и во все прежние времена, когда насильственные акты сменялись мирными посланиями римских пап, так и в последнее время папа Пий XI в послании от 2 февраля 1930 года, и папа Пий XII, возведенный на престол в марте 1939 года, когда гонение на Православие в Польше еще продолжалось, в послании от 7-го июля 1952 года, выставляя себя благодетелями русского народа, призывают его к единению с римо-католической церковью.

Основным условием общей борьбы с богоборцами есть прекращение наступления римо-католичества на Православие и прежде всего ликвидация восточного обряда. Никакие административные методы и переодевания в этот обряд не приблизят православных и католиков к единению. Нельзя относиться к православным как к невеждам, которые дальше обряда никакой Церкви и веры не знают. Этой фальсификацией, обманом нельзя вынуть содержание нашей веры и также святыню нашей истории, связанную с великими борцами за Православие.

 
{jcomments on}

Read more

Joomla SEF URLs by Artio