RizVN Login



   

АКТУАЛЬНЫЕ НОВОСТИ
Печать

Почему были изгнаны насельники Афонского Ильинского скита (РПЦЗ). Некоторые подробности из документа

Автор: Монахиня Вера вкл. . Опубликовано в РПЦЗ (Просмотров: 2873)

Опубликован в альманахе "Православие или смерть" №16

 

Предлагаемый вниманию читателей отчет подготовлен для сведения синода Московской патриархии иеромонахом Николаем — представителем в Киноте Святой Горы русского Пантелеимонова монастыря, находящегося в ведении Московской патриархии. Этот отчет сообщает нам о происшедших событиях со стороны, доселе нам не известной.

 

Священному СИНОДУ РУССКОЙ Православном Церкви. Москва

Ваше Святейшество. Преосвященные архиереи. Христос Воскресе!

Довожу до вашего сведения, что 7 мая ст.ст. 1992 г. анархия Вселенского патриархата, состоящая из митрополитов Илиупольского Афанасия и Халкидонского Мелитона, с помощью комиссии от Св. Кинота Св. Горы, состоящей из антипросопов монастырей Иверского, Пантократорского, Павловского, Ставроникитского и Ксенофонтского, при содействии заместителя губернатора господина Николая Панадимтриу и полиции, но без ведома остальных членов Св. Кинота, т.е. без суда и следствия, изгнали из скита и Афона четырех насельников русского Ильинского скита (двое из которых были записаны в монохологии монастыря и являлись греческими подданными), дав им час времени на сборы, а затем передали русский скит братству Ватопедского монастыря во главе с протом — Иеромонахом Афанасием.

Вашего Святейшества нижайший послушник Иеромонах Николай, антипросоп Русского Пантелеимонова монастыря.

 

Прежде чем описать изгнание насельников русского Ильинского скита на Св. Горе и передачу этого скита греческому братству, два слова скажем о его насельниках и о причине их изгнания.

1. Архимандрит о. Серафим (Бобич) родился в Америке, куда его родители эмигрировали с Карпат. Священство принял от Американской Митрополии в монастыре св. Тихона, где долго подвизался, там же окончил семинарию и был преподавателем. В Ильинский скит прибыл в 1970 г.

2. Иеромонах Иоанникий — американец, воспитанник Св.-Троицкого монастыря в Джорданвилле. На Афон прибыл и поселился в Ильинском скиту в 1982 г.

Оба они были официально прописаны Пантократорским монастырем и являлись поэтому греческими гражданами. Были в скиту и другие насельники с американскими паспортами, но из бывшего Союза, жили там и с советскими паспортами, но не были прописаны.

 

О причинах изгнания насельников скита можно сказать следующее:

Когда в 1922 г. Вселенская патриархия приняла новый стиль, то многие православные соблазнились этим ее поступком, и Элладская Церковь — ибо и в Греции Церковь приняла новый стиль — разделилась на два лагеря: новостильную Церковь, официальную, которую признает и государство Греции, и старостильную, неофициальную Церковь.

 

О. Серафим со своим братством не признавали новостильную Вселенскую Церковь, и поэтому не поминали имя святейшего вселенского патриарха, что явно противоречит афонскому уставу. Вторая причина непоминовения та, что Вселенская патриархия участвовала в экуменизме, чем и соблазнялись наши братья-зилоты, т.е. ревнители. По их мнению, все новостильные Церкви — это раскольничьи Церкви, т.к. всюду в этих Церквах существуют по две Церкви, т.е. новостильная — официальная и старостильная — неофициальная. Зилоты же только себя считают подлинными христианами, считают, что только они стоят в истине, а потому никакого церковного общения ни с кем не имеют.

 

Вселенская патриархия в свою очередь считает Русскую Зарубежную Церковь раскольнической, т.к. эта Церковь ни с кем церковного общения не имеет. Теперь, по их мнению, и Московская патриархия не признает эту Церковь, т.к. и в России они учинили раскол, захватив приходы Московской патриархии. Тем не менее, на праздник 1000-летия Крещения Руси в России было много духовенства от Зарубежной Русской Церкви и некоторые из них официально, а многие тайно, сослужили с московским духовенством (вероятно, имеются в виду отдельные клирики, по своему почину направившиеся в Москву — ред.).

Об официальном документе или письме от Московской патриархии, в котором бы говорилось, что она не признает Зарубежную Русскую Церковь и придает ее анафеме, как еретическую Церковь, я не знаю.

 

Надо отметить, что о. Серафима с братией предупреждали, что выгонят с Афона, если они не будут поминать вселенского патриарха.

А теперь, как представитель (антипросоп) Пантелеимоновского монастыря при Киноте Афона, а посему и свидетель всех событий, с Божией помощью, решаюсь описать ход самих событий. За месяц до этого поползли по Афону слухи, что вскоре, мол, придет экзархия от Вселенского патриарха и будет решаться вопрос Пантократорского монастыря о переходе его на общежительный устав, а также решится и вопрос Ильинского скита — принадлежащего сему монастырю — о передаче его греческому братству.

 

Так и случилось. Началось с телеграммы от вселенского патриарха Варфоломея в Кинот, в которой сообщалось о приезде на Афон такой экзархии 1 мая 1992 г.

Но 4 мая проту Афона — иеромонаху Афанасию ватопедскому поздно вечером (по его словам, в 9.45) позвонили из Фанара (патриархии) и сообщили, что завтра, т.е. 5 мая, прибывает экзархия, состоящая из двух митрополитов: Афанасия Илиупольского и Мелитона Халкидонского.

Собравшимся антипросопам всех монастырей, на заседании, ибо был понедельник, протом было сказано, что экзархия внезапно прибывает, и в 4 часа дня будет уже в Уранополисе (село, которое граничит с Афоном).

 

Антипросоп Иверского монастыря, а он старейший между антипросопами, между прочим заметил, что на основании телефонного звонка старые антипросопы не приняли бы этих экзархов, и привел в пример факт, как некогда также, без предварительного письма изволили экзархи Вселенского патриарха прибыть на Афон, но их в Киноте не приняли до тех пор, пока не пришло письмо от вселенского патриарха. С ним многие согласились, а некоторые промолчали, пошушукались, пороптали и ... начали готовиться к приему экзархов.

Экзархи прибыли где-то около 7 часов вечера. Их на высшем уровне встретили, угостили, а о письме от патриарха никто даже не дерзнул заикнуться. Затем был ужин, где велись разговоры о Русской Церкви, о трудностях ее и об униатах, которые нагло лезут в Русскую Церковь, а на утро был назначен собор под председательством экзархии вместе с Кинотом.

Прежде, чем начать собор в Киноте, экзархи переговорили наедине с о. Калинником (антипросоп Иверского монастыря) и другими некоторыми антипросопами, вызывая их по одному из зала заседаний, так что уже даже начался ропот среди антипросопов в зале: что это, мол, за тайные беседы, и как они, экзархи, смеют так вести себя с Кинотом.

Но вот началось заседание, были прочитаны молитвы. А вместо патриаршего письма была прочитана телеграмма, что, мол, направляются экзархи на Афон решать афонские проблемы, а какие это проблемы — не указано.

После прочтения телеграммы экзарх, председатель собора митрополит Афанасий, начал объяснять причину своей срочной поездки на Афон, мотивируя это тем, что у них мало времени и много дел, и они, экзархи, вынуждены были приехать на неделю раньше. Вопросы для повестки дня они объявили следующие:

1. Пантократорский монастырь должен избрать себе из афонских монастырей братство в количестве 10—12 человек вместе с игуменом.

2. Пантократорский монастырь перевести из своекоштного в общежительный монастырь.

3. Братство во главе с архимандритом Дионисием (бывшим святогорцем), проживавших в Пантократорском монастыре, куда они поселились совсем недавно, удалить из этого монастыря, т.к. они нежелательны и патриархии Вселенской и Киноту.

Были выдвинуты и другие две темы, которые не связаны с событиями, поэтому опускаю их.

На основании вышеизложенных вопросов, после небольшого обсуждения их, определили комиссию от Кинота, которая должна была вместе с экзархией поехать в монастырь Пантократорский и на месте решить эти проблемы. В комиссию Кинота вошли антипросопы (которых предложил сам митрополит Мелитон, а Кинот не возражал) следующих монастырей: Иверский — проигумен Калинник, Пантократорский — прот Серафим, Павловский — монах Иосаф, Ставроникитский — монах Феодосий, Ксенофонтский — монах Силуан и старший секретарь — иеромонах Дамаскин. Вскоре они отбыли в Пантократорский монастырь, а мы, остальные антипросопы, ушли в представительский дом монастыря в надежде, что вечером, возможно, будет снова заседание, если в Пантократоре быстро закончат решение вопросов. Но вечером во вторник мая собора не было, т.к. экзархи и комиссия от Кинота задержались в монастыре допоздна, а поэтому условились, что на завтра, на среду, т.е. на Преполовение Пятидесятницы, будет снова собор вместе с экзархией.

В среду председатель собора довел до сведения всех членов собора о своих действиях в Пантократорском монастыре и о том, что там избран игумен из Ксенофонтского монастыря — архимандрит Виссарион, монастырь Пантократорский переводится на общежительный устав, а братство, проживавшее там во главе с архимандритом Дионисием, в течение 24-х часов должно покинуть монастырь. Выслушав это и пожелав духовного преуспеяния новому игумену и братству его, экзархия с комиссией от Кинота должны будут ехать снова в Пантократорский монастырь, чтобы формально все уладить, передать монастырь и духовно утвердить новое и старое братства, и ни слова не было сказано экзархами об Ильинском ските и его насельниках. Экзархи и Кинотская комиссия отбыли в Пантократорский монастырь, а мы, все остальные антипросопы, снова разошлись.

В 4 часа дня мне позвонили из Карей знакомые и сообщили, что экзархия и комиссия Кинота находятся в Ильинском ските, туда же прежде отбыл секретарь губернатора Афона и много полиции. Сообщили также, что митрополит Мелитон срочно прибыл на Карею и вел беседу в здании Кинота с иеромонахом Паисием (коллиот из Карей) и предлагал ему стать игуменом Ильинского скита, сегодня же иеромонах Паисий не смог на это сразу же решиться и просил отсрочки, чтобы все взвесить и обдумать.

После этого разговора я тут же позвонил в свой монастырь игумену, но его не нашли, и я пошел на великую вечерню в Протатский храм, т.к. на завтра был праздник — память евангелиста Иоанна Богослова. Отслужив вечерню, я стал звонить в свой монастырь, а в это время ко мне кто-то сильно постучал в дверь. Выйдя открывать, увидел знакомого греческого иеромонаха, который и сообщил мне, что четырех насельников Ильинского скита во главе с игуменом Серафимом на двух полицейских машинах видели на Карейской площади, их везут на главную пристань Дафни, а оттуда за пределы Афона.

Наконец, я дозвонился до игумена Иеремии и сообщил ему обо всем этом, просил его как игумена принять меры. Из монастыря дозвонились до Афонского подворья в Москве и сообщили представителям монастыря в Москве об этом событии. После этого я позвонил некоторым антипросопам и спросил их, знают ли они что-нибудь об изгнании отцов из скита. Мне все заявили, что они ничего не знают и впервые все от меня слышат и скорбят обо всем этом.

В 8.15 мне позвонил игумен Ильинского скита о. Серафим и рассказал, как их изгнали и что они уже в Уранополисе, а затем позвонил и другой брат из скита — монах о. Николай, который был в это время в другом селе Неа Рода. Между прочим, они сообщили, что еще днем к ним в скит приехал секретарь от губернатора — Омерос и сказал, что экзархия теперь находится в Пантократорском монастыре и, возможно, навестит и их скит, но заверил их, что им нечего бояться.

Спустя 2 часа приехало в скит много полицейских на машинах, за ними экзархия, комиссия Кинота и новый игумен пантократорский Виссарион с братией. После встречи и беседы о. Серафим остался при своих убеждениях и наотрез отказался поминать за службами имя вселенского патриарха, как это повелевает афонский устав, а вдобавок ко всему, о. Серафим, видя полицию и их злые намерения, обозвал экзархию ругательными словами: Иуды, антихристы, коммунисты. Насельникам скита (а их было 4 человека) дали один час на сборы, так что о. Серафим забыл второпях взять с собою документы и деньги, посадили их в машины и вывезли вне Афона. После разговора с ними узнал, что в Ильинском скиту уже новое братство из Ватопедского монастыря во главе с нынешним протом — иеромонахом Афанасием.

На утро, 8 мая, в день памяти свв. апостолов любви и мира, снова у нас заседание с экзархией. Митрополит Мелитон, прежде чем председатель собора - митрополит Афанасий начал говорить о своих вчерашних деяниях, вежливо извинился перед Кинотом за то, что они, дескать, забыли второпях при первом же заседании прочитать письмо от вселенского патриарха Варфоломея и поэтому просил Кинотского секретаря прочитать сие письмо, как оказалось, были пункты и об Ильинском ските (письма этого пока не имею, а когда выйдет «практикой» — решение собора — то помещу и это письмо).

Затем начал говорить владыка Афанасий. Рассказал Киноту, сколько им с Божией помощью и при содействии Кинотекой комиссии, игумена Виссариона с братией, губернаторского секретаря Омероса и множества полицейских удалось совершить великих дел, и ни словом не обмолвился о том, что изгнали из Афона насельников скита. После его рассказа воцарилась в зале заседаний мертвая тишина. 

Тогда попросил слово я, антипросоп русского Пантелеимоновского монастыря, и сказал им, что вчера в 8.15. вечера мне звонил о. игумен Серафим из Уранополиса и сообщил, что их изгнали из Афона, дали на сборы один час времени. На каком основании вы, — спросил я, — без ведома Кинота, без суда и следствия изгнали их с Афона?

После этого вопроса начались у меня с экзархами прения. Они спросили меня, признает ли Московская патриархия Зарубежную Русскую Церковь, и я ответил, что мы спрашивали об этом митрополита Филарета Киевского, посетившего Афон в 1978 г., который ответствовал, что догматического расхождения с ними у нас нет, и поэтому, если кто из Зарубежной Церкви пожелает у нас в монастыре причащаться, то ему не надо возбранять. После этого мне сказали, что я защищаю раскольников. Я же ответствовал, что их действия не одобряю, но нельзя же изгонять людей без суда и следствия. Затем я напомнил собору, что Ильинский скит — это русский скит, там жил и подвизался преп. Паисий Величковский, построен он на русские деньги, русским потом и русскими людьми. И в истории скит пророка Илии останется русским скитом, и привел в пример факт, что Ватопедский монастырь прибрал к рукам богатейший русский скит — св. апостола Андрея, но прошло уже много лет с того дня, а все его называют русским скитом, а не Ватопедским. Тогда владыка Мелитон заметил мне, что «филатисмос» был осужден в 1898 г. на Всемирном конгрессе православных, и нет у православных, а, тем более, на Афоне, ни иудея, ни еллина, но все едины во Христе (здесь имеется в виду понятие, осужденное в прошлом веке Константинополем в связи с «болгарской схизмой», определенное им как «филитизм», т.е. когда одна поместная Церковь превозносит себя над другой. В настоящее время этот термин Константинополь использует в своей цезаре-папистской политике — ред.). Антипросоп Пантократорского монастыря проигумен Серафим заметил мне, что Ильинский скит находится на территории их монастыря и принадлежит им, а поэтому просил меня, чтобы я не вмешивался в их внутренние дела, сказал также, что они изгнали из скита не русских насельников, но американцев, а игумен скита о. Архимандрит Серафим для их монастыря не монах, а американский гангстер.

 Некоторые антипросопы: григорианский, ксиропотамский, филофеевский и симоно-петрский очень деликатно и дипломатично старались заметить экзархам, что они неправы, изгоняя без ведома Кинота насельников скита, на что получили резкие ответы от экзархов и вчинились в группу противодействующих. Затем экзархи объяснили причину намеренного сокрытия патриаршего письма от Кинота, а также и коварные свои действия по изгнанию монахов. Они это мотивировали тем, что, якобы, боялись большого шума, т.к. о. Серафим с братством своим (4 насельника) могли бы закрыть ворота скита и тогда пришлось бы штурмовать скит силою. А поэтому они, экзархи, поступили так скрытно и умно, а последствий они никаких не боятся, ни прессы, ни угроз, боятся они лишь одного Бога. Выслушав все это, Кинот решил узаконить их беззаконные действия, а потому решили пойти антипросопы на явную ложь, угодничая перед экзархией. В решении заседания написали, что патриаршее письмо было прочитано в Киноте и знал о нем и о намерении патриарха и Священного синода, и все свершилось поэтому по воле Бога, предстательством Богоматери и св. пророка Илии и решением (единогласным) Кинота. На это я возразил, что такую ложь я подписывать не буду. Мне намекнули, что если я не подпишу, то будут большие неприятности для монастыря. Подумав хорошенько, я попросил экзархов, чтобы мне разрешили позвонить отцу игумену в монастырь и спросить мнение его о братии, т.к. антипросоп выражает всегда не свое личное мнение, но своей обители. Позвонив отцу игумену, я объяснил ситуацию. Игумен посоветовался с духовником — иеромонахом Макарием, и они дали мне две заповеди: «Если сможешь, то не подписывай такое решение собора, а если нет, то воздержись по всей теме Ильинского скита».

Придя снова на собор, я объявил там мнение обители. Мне сказали экзархи, что я обязан подписать практикой, т.е. решение собора, и без всякого воздержания, и опять начались у нас прения, что, мол, скит стоит не на русской земле, а на греческой, и является собственностью Пантократорского монастыря, и, вроде бы, никакого русского Ильинского скита нет и не было. Тогда я спросил владыку Мелитона, имеют ли они греческую землю в Иерусалиме (Израиль), а если нет — то почему же они кричали на всеь мир, когда евреи в прошлом году заняли часть здания Иерусалимской' патриархии, а здесь целый скит переходит греческому братству. Я просил, чтобы в практиконе собора ясно стояло воздержание нашего монастыря по теме скита, что и записано. Остальные антипросопы, ничтоже сумняся за совесть, подписали практикой. Практикой же был составлен так, что в нем была сплошная благодарность от начала и до конца его экзархам, комиссии от Кинота, заместителю (если не ошибаюсь) губернатора г-ну Николаю Пападимитрию, ибо все совершалось в его присутствии, и он, как адвокат, давал нужные советы как экзархам, так и Киноту, он проводил экзархов даже до Салоник, — за п\ очень четкие, обдуманные I"; внезапные действия, ибо о. Серафим был ими застигнут врасплох, и еще благодарили всех их за то, что они избавили Святую Гору от раскольников.

Во время прения я также [заметил], что па Афоне почти полонина насельников не поминает имя патриарха, т.к. являются [зилотами]. Проживают на Афоне и ексагониты («шестиугольники»), которые даже не признают Воскресение Христово, тогда почему же не изгнали всех их из Афона? Ответ экзархов был прост, что, мол, сразу всех не изгонишь, так как их много, а постепенно дойдет очередь и до них. Вот кратко о заседаниях и решении Кинота и экзархов, но совсем по-другому восприняли это простые насельники Афона.

Уже в четверг 8 мая на соборе старший секретарь жаловался Киноту, что ему нельзя спокойно пройти по Карее, т.к. все его ругают, обзывая разбойником, предателем и другими хульными словами, и готовы на него плевать за действия по захвату Ильинского скита, ибо он, иеромонах Дамаскин, был во главе всех решений, был главным советником экзархов, так что и по ночам приходил к архиереям в их покои и там до зари совещались, что и как делать.

Другой иеромонах, грек, сказал мне, что наши экзархи сделали то же на Афоне, что и униаты на Украине — ни больше ни меньше. Другой монах по телефону в пятницу 9 мая сказал мне, что он узнал о разбое в ските только сегодня и очень скорбит об этом, ибо такого не было на Афоне и при крестоносцах. Этот монах вот уже 60 лет на Афоне подвизается. 

 

Вот мнение простых насельников Афона. Когда у нас шло заседание (8 мая) в Киноте и решалась судьба скита, то стало известно, что новый игумен Виссарион с братией и с проигуменом Евфимием (старый насельник Пантократорского монастыря, который давно уже желает прибрать к рукам скит русский) уже приехали в скит и стали вывозить оттуда вещи в свой монастырь. Ходят по Афону слухи, что привезли даже автогенную установку и вскрыли большой сейф, где нашли 18 митр, много вывезли и облачений золотошвейных. Не знаю, насколько это правда, но слухи ходят, т.к. сами же полицейские, «охранники» скита свидетельствуют якобы об этом.

Узнав о разбое в Ските, иеромонах Афанасий сразу же отказался быть насельником скита, и скит в течение нескольких дней был пуст, там пребывала только полиция, которая, якобы, охраняла его. Полицией был перекрыт для посторонних вход как в скит, так и в монастырь на многие дни. Спустя несколько дней в Ильинском скиту поселились насельники Ксенофонтского скита во главе с архимандритом Иоакимом, которые недавно живут на Афоне, приехав сюда из г. Кавала.

Встает вопрос: неужели экзархия сотворила изгнание насельников скита, а затем и передачу сего скита на поругание, лишь по ревности Божией, подобной ревности св. пророка Илии и ради славы Божией? Но если они так ревновали по Богу, то должны были бы в первую очередь изгнать из Афона ексагонитов, затем тех зилотов, которые не признают свят. Нектария, эгинского чудотворца, святым, клевещут на него письменно, издавая книги и называя его еретиком и прочими хульными и хамскими словами. Выходит, на святого можно клеветать и жить на Афоне, а экзархам Матери Церкви сказать нельзя и грубого слова — сразу же изгнание за пределы Афона. Могут жить спокойно и ексагониты на Афоне, но только не представители Русской Зарубежной Церкви. Я лично спрашивал о. Серафима, обзывал ли он экзархов «Иудой», «антихристом» и прочее, и он мне ответил, что обзывал, т.к. они творили явное беззаконие, ибо ворвались как униаты в скит со множеством полицейских, которые и окружили всех их без суда и следствия.

Справедливости ради надо заметить и то, что часто к нам на Афон приезжали архиереи и священнослужители Русской Зарубежной Церкви с письменным разрешением от Вселенского патриарха и служили у нас на Афоне. Как свидетельствует типикарь Протатского храма, несколько лет тому назад епистасия встречала церковным чином, т.е. с мантией и св. Евангелием, с песнопениями и молитвами, Епископа Марка Берлинского. А затем тот же владыка Марк официально служил на Афоне как в скиту, так и в монастыре Хиландарском. К празднику памяти св. пророка Илии всегда в скит приезжало много священнослужителей Русской Зарубежной Церкви с письменным разрешением служить от Вселенского патриарха. В чем же тут дело? А дело в том, так многие святогорцы считают, что все сие сотворили экзархи лишь потому, что бывший филофеевский игумен — архимандрит Ефрем, который, находясь в Америке с духовной миссией, встречал от Вселенского патриарха на своем пастырском духовном поприще много препятствий и потому перешел в юрисдикцию Русской Зарубежной Церкви, чем очень огорчил Церковь Вселенскую и уронил ее честь. Но вот представился хороший случай отомстить Русской Зарубежной Церкви, и как раскольников их изгнать, продемонстрировать тем самым на весь мир свою силу, мощь и власть.

Некоторые насельники Афона не исключают и тот факт, что оба русских скита апостола Андрея на Карее и Ильинский скит имеют в Константинополе огромные 6-этажные подворья, с церквами на последних этажах, которыми со временем и думает воспользоваться Вселенская патриархия.

Как известно, Андреевский скит — этот богатейший скит на Афоне, — перешел в руки Ватопедского монастыря в 1972 г. и был немилостиво разграблен, а вот сейчас, по случаю приезда в Грецию патриарха Алексия II не смог просить у Ватопедского монастыря снова вернуть его русским монахам. В Салониках, в местечке Панорама, уже готово и братство для вселения в Андреевский скит. Неужели все-таки здания как самих скитов, так и их духовные сокровища и богатства, а также и огромные подворья сих скитов в Константинополе навели на экзархов Вселенской патриархии такой великий грех и соблазн?

Как антипросоп и свидетель всех почти событий, должен заметить, что меня заседание Кинота по поводу Ильинского скита огорчило. Страх антипросопов был очень велик, так что, со мною многие из антипросопов боялись в присутствии экзархов даже по-христиански поздороваться и сказать «Христос Воскресе!». Боязнь царила и в зале заседаний и смогли ее перебороть лишь немногие, сказав, как уже мною говорилось, экзархам о их несправедливых действиях по поводу изгнания, и никто из них даже не намекнул экзархам о том, что все-таки Ильинский скит — это русский скит и должны бы в нем жить русские монахи, как о сем и предание говорит, и история Афона. Но об этом, повторяю, не было даже и намека. Совсем по-другому заговорили со мною антипросопы, когда вечером, 8 мая, экзархи, довольные своими успехами на Афоне, при сопровождении заместителя губернатора, его секретаря и полиции, покинули Афон.

Лишь только отъехала экзархия, тут же подозвал меня один из антипросопов (даже и без страха) и поздравил, мол, молодец, что не смолчал на соборе — и прочие лестные глаголы. Другие некоторые из антипросопов затем извинились передо мною и заявили, что они совершенно согласны со мною, но страха ради иудейского не нашли смелости сказать это экзархам на соборе. Следующий антипросоп сказал, что его сердце и душа скорбят вместе со мною, и что Господь послал испытание, но Он и поможет его перенести.

Спаси Господи всех тайных и явных моих доброжелателей! Еще раз хочу подчеркнуть, что действия о. Серафима — игумена Ильинского скита — я не одобряю, и не согласен с ним, на нем лежит большая вина по закрытию скита. Никак не могу согласиться и с бесчеловечным и позорным для экзархии изгнанием 4-х насельников скита, без ведома Кинота, им, как великим злодеям и преступникам или убийцам, дали час времени на сборы. Если даже и изгнали, то почему не осталась Кинотская комиссия в скиту и не сделала всей описи скита в присутствии экзархии, а отдали скит на поругание и разграбление?

В то время, когда по всему Афону совершалось бдение в честь евангелиста Иоанна Богослова — апостола мира, любви и сострадания — и который своими святыми посланиями всех призывал как во время бдения, так и литургии к миру и любви к ближним, в Ильинском ските шло другое бдение — бдение Великой пятницы, где распинали и Христа, и скит, и св. пророка. Он, святой апостол, был свидетелем при распятии скита и истинно свидетельствует, что поступили с насельниками его власть имущие очень жестоко и бесчеловечно.

Вот уже более 70-ти лет вся Русская Церковь на кресте, распятая коммунистами, безбожниками и всеми темными силами ада, которые не щадили никого и ничего, так что от многих сотен монастырей и тысяч храмов на Руси не осталось и следов, миллионы русского народа и духовенство жестоко истреблены и замучены слугами ада. На св. горе Афонской в мирное время и под покровительством православного греческого государства, и под омофором Вселенского патриарха, почему-то все русские скиты, келии и калибы также висят на кресте, все разграблены и развалены. Вместо того, чтобы помочь Русской Церкви омыть ее язвы и раны кровоточащие, возлить на них вино и елей, на них льют уксус, сыпят соль и глубже пригвождают к кресту!

За что же ее напояют уксусом в жажде? Может за то, что Русская Церковь всегда помогала Афону, и Греции, и Вселенской патриархии, о чем свидетельствует история? А, может быть, за то, что на Афоне все служат с русскими золотыми и серебряными сосудами, которые богатая Россия всем дарила, а на праздниках службы свои украшают русскими золотошвейными облачениями и дорогими пеленами, и утварью церковною? Может, за то, что русский народ всегда помогал Греции в борьбе с турками, и за свободу Балкан и Греции сложили свои головы сотни тысяч русских православных солдат? За что Русскую Церковь напояют и паки уксусом, за что же разделяют ее ризы и бросают о них жребий: «кто что возьмет?!»

Пусть на это ответит совесть каждого, а я, как представитель Русской Церкви и как верный сын ее, ибо в ней выросли мои родные мать и отец, мои деды и прадеды,в ней я родился, крестился в ней, по милости Божией, стал и священником и монахом с ее благословения и прибыл как раз 8 мая (день разбоя в Ильинском ските) на Афон в 1978 г., прошу Господа и св. пророка Илию, и апостола Иоанна Богослова, чтобы они простили бы всех зло сотворивших, и не вменили распинателям скита греха сего.

Сотворивши все сие бывшее на Афоне, экзархия не приобрела симпатии афонцев, напротив, многие стали задумываться, ибо сказано ведь в святом Евангелии — «по делам их познаете их».

 

Прошу простить меня, если опечалил своим посланием и прошу святых молитв.

Иеромонах Николай, май 1992 года, Афон.

Печатается с незначительными сокращениями.

Новые подробности о закрытии русского Ильинского скита

Два иеромонаха свидетельствуют, что еще Великим постом (1992 года) в Константинополе, в Фанаре, были вызваны в синод из Пантократорского монастыря проигумен Евфимий и антипросоп монастыря проигумен Серафим, которых перед отъездом в патриархию я также случайно видел на Карейской площади.

 

По приезде своем о. Серафим показывал решение синода по поводу их монастыря. Среди прочих пунктов стояли два пункта по поводу скита, а именно:

а) изгнать русских насельников из него;

б) заселить туда греческое братство.

Этот практикой Евфимий и Серафим подписали, а поэтому их оставили в монастыре, а ходили слухи, что их хотели выгнать. Я узнал также, что когда был на Афоне министр иностранных дел Греции г-н Самарас Антониос, то он просил нынешнего прота Св. Горы Иеромонаха Афанасия, чтобы они, ватопедские отцы, как можно скорее заселили Андреевский скит.

На заседании меня спрашивал митрополит Мелитон о том, получал ли наш монастырь письмо от Московской патриархии о непризнании Русской Зарубежной Церкви и о повелении нам не признавать ее. На это я ответил, что такого письма мы не получили.

Заметить должен и то, что об истории вторжения в скит греков ни одна газета не написала, т.к. есть приказ, считают святогорцы, правительства Греции это событие не освещать.

Евфимий ликующе заявил, что он этого дня дожидался давно. Некоторые, защищая экзархов, смеют говорить, что они это сделали по просьбе и благословению патриарха Московского. Узнал также, что митрополит Мелитон предлагал занять скит не только иеромонаху Паисию, но и многим другим на Афоне, а также и из мира просил братство из монастыря Игуменисса, но они все отказались, не желая участвовать в разбое.

Узнал от святогорцев, что еще вечером 7 мая при митрополитах была вскрыта большая ризница и было изъято 40 русских золотошвейных священнических облачений, а также 5 диаконских стихарей. Митрополит Мелитон отобрал 5 облачений, сказав, что он их забирает себе.

Из компетентных источников стало известно, что на Афоне продолжается антиславянская, антирусская кампания. Так, во время праздника Преображения Господня 6/19 августа 1992 г. в монастыре Пантократор было проведено тайное совещание, в котором приняли участие: митрополит Мелитон (Константинопольский патриархат), архимандрит Василий (игумен Иверского монастыря), архимандрит Алексий (игумен Ксенофонтского монастыря), архимандрит Виссарион (игумен Пантократорского монастыря).

В результате этого совещания намечена следующая программа:

1. Ко времени визита Вселенского патриарха Варфоломея (октябрь 1992 г.) разработать программу заселения болгарского монастыря Зограф греческим братством и постановления игуменом грека.

2. Аналогичная программа по сербскому монастырю Хиландар.

3. Завершающий удар — по русскому монастырю св. Пантелеймона.

Необходимо отметить, что эта программа — осуществление масонской римо-католической программы «Иоанна Векка» (отступивший от Православия патриарх-униат, живший в ХШ веке в Византии — ред.), которая несколько лет тому назад была раскрыта и опубликована.

Иеромонах Николай

От редакции:

Ко всему вышесказанному следует добавить слова из недавно полученного письма изгнанного насельника Ильинского скита:

«Объясняю, почему мы сами не пишем о событиях, происшедших на Афоне. Дело в том, что все эти беззакония, творящиеся на Св. Горе — лишь последствия откровенного духа обновленчества, проникнувшего во все поместные православный Церкви, — в наибольшей же мере — в греческую, в начале нынешнего века. Посему, писать о современных последствиях сего обновленчества и теплохлад-ности народа в вере — это тоже самое, как возмущаться, отчего в болоте не водятся осетры».

Из журнала "Православная Русь", 1993

Источник

Ильинский был скит основан в 1757 г., когда старец Паисий Величковский испросил заброшенную постройку у монастыря Пантократор. Окружённый преданными учениками, он мечтал устроить здесь обитель на евангельских началах, в виде общежития. Небывалое по тем временам благолепие обители притягивало к ней новых насельников, которых вскоре стало более 60. Для тогдашнего Афона, угнетённого турками, это было слишком много, слишком вызывающе, и в 1763 г. старец, опасаясь преследований, ушёл с братией в Молдавию, где продолжил своё славное подвижничество. Ильинский скит сохранил собственное национальное своеобразие, общение с Россией и с годами рос и процветал. В 1910 г. здесь был заложен, а в 1914 г. освящён величественный кафоликон во имя св. Илии Пророка. Построенный в ярко выраженном русско-византийском стиле, он символизирует связь русского православия с Византией, с греческими святыми отцами - то, к чему стремился прп. Паисий.

Ильинский скит считался «национальным» и, в основном, был населён малороссами, в XX в. принадлежал Русской Православной Зарубежной Церкви и так же, как остальные «негреческие» монастыри, приходил в упадок. После того, как Вселенский патриархат и другие Поместные церкви перешли на новостильный календарь, а вселенский патриарх был уличен еще и в масонстве, и в экуменизме, скитники объявили себя зилотами и отказались поминать патриархов, обвинив их в вероотступничестве.

В мае 1992 г. Вселенский патриархат вместе с Афонскими духовными властями постановили изгнать ильинцев из скита - их к тому времени осталось всего четверо - и дали сутки на сборы... Опустевшую обитель заселили греческие монахи из монастыря Пантократор, на земле которого стоит скит и по сей день.

Для публикации комментариев необходимо стать зарегистрированным пользователем на сайте и войти в систему, используя закладку "Вход", находящуюся в правом верхнем углу страницы.

Joomla SEF URLs by Artio