Интернет Собор / Internet Sobor 
truth and dignity 
АКТУАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

Официальные контакты православных и англикан в первой половине XX века (до 1956 г.)

Апробационная статья Вадима Леонидовича Дудкина, аспиранта кафедры внешних церковных связей Общецерковной аспирантуры и докторантуры, посвящена анализу богословского диалога отдельных Поместных Православных Церквей с представителями Англиканского Сообщества в первой половине XX века. 

До Первой мировой войны контакты между Православными Церквами и англиканами носили преимущественно характер дружеских отношений, и стороны были в целом мало осведомлены друг о друге[1]. После ее окончания начался академический период глубокого и научного исследования вероучения и богослужебной практики обеих сторон, а целью тех, кто трудился во имя сближения Церквей, стало полное и окончательное объединение последних в будущем. В настоящем разделе делается попытка проанализировать информацию об официальных контактах православных и англикан, начавшихся в первой четверти XX века[2], развитие которых постепенно привело к православно-англиканскому богословскому диалогу в его современном виде.

 

1. Ключевые этапы переговорного процесса

Православно-англиканский диалог поднялся на уровень официальных переговоров, когда в 1920 году по приглашению архиепископа Кентерберийского Рэндэлла Дэвидсона (Randall Davidson; 1903—1928[3]) Константинопольским Патриархатом была направлена специальная делегация на VI Ламбетскую конференцию в Лондон. На этой конференции англиканские епископы обратились с воззванием о единении ко всему христианскому миру[4].

В 1921 году Комитет Восточных Церквей[5] при архиепископе Кентерберийском подготовил документ под названием «Условия евхаристического общения между Церковью Англии и находящимися с ней в сообществе Церквами с Восточными Православными Церквами»[6]. «Условия…» предполагали достижение согласия с православным учением по вопросам: 1) веры в Господа Иисуса Христа, как она открыта в Евангелии и догматически изложена Вселенскими Соборами; 2) канона Св. Писания; 3) достаточности Св. Писания; 4) веры Церкви; 5) решений Халкидонского Собора; 6) о недозволенности составлять иные вероучения; 7) учения о Св. Духе; 8) Filioque; 9) разнообразия обычаев в Церкви; 10) числа Таинств; 11) Евхаристии; 12) священного сана в Церкви; 13) почитания святых икон.

«Условия евхаристического общения…», опубликованные в 1921 году, обсуждались на Ламбетской конференции 1930 года, где присутствовала православная делегация во главе с Александрийским Патриархом Мелетием II (Метаксакисом)[7], включавшая представителей десяти Поместных Православных Церквей — Константинопольского, Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского Патриархатов, Сербской, Румынской, Болгарской, Кипрской, Элладской и Польской Православных Церквей.

Одним из результатов переговоров на конференции было решение о необходимости создания Смешанной православно-англиканской богословской комиссии (СПАБК) для рассмотрения сходства и различий вероучений двух Церквей[8]. С 15 по 20 октября 1931 г. в Ламбетском дворце состоялось первое заседание этой комиссии под председательством митрополита Фиатирского Германа и епископа Глостерского Артура Хедлама[9]. Следующая встреча для обсуждения вопроса о взаимоотношениях Церквей состоялась на конференции в Бухаресте во дворце Патриарха Румынского с 1 по 8 июня 1935 года. В задачу англикано-румынской конференции было поставлено рассмотрение результатов встречи православных и англикан на Ламбетской встрече 1930 года. Дискуссии были подвергнуты вопросы: о доктринальном значении «39 членов» англиканского исповедания, о таинстве священства, о законности и апостольском преемстве англиканской иерархии, о Св. Евхаристии и других Таинствах, о Священном Писании и Священном Предании, об оправдании.

20 марта 1936 г. Румынский Священный Синод вынес положительную резолюцию по поводу законности англиканских рукоположений. Правда, эта резолюция должна была стать окончательной только тогда, когда высшее управление Англиканской Церкви подтвердит заявления своих делегатов относительно таинства священства и связанных с ним важных пунктов учения Православной Церкви, а также последует согласие по данному вопросу всех Поместных Православных Церквей. Достигнутое в Бухаресте соглашение было принято Англиканской Церковью в 1936 г. на Йоркской и в 1937 г. на Кентерберийской ассамблеях (Румынский Синод на заседании 6 июня 1966 г. еще раз рассмотрел документы Бухарестского собеседования и вновь их утвердил)[10].

В описанных встречах православных с англиканами не было слышно голоса Русской Православной Церкви, поэтому, несмотря на многосторонний характер проводившихся дискуссий и общий положительный характер достигнутых результатов, полученные выводы никак не могли считаться окончательными и общепризнанными всей Православной Церковью, чем сильно понижалась их ценность.

В 1947 году в обращении архиепископа Кентерберийского Джеффри Фишера (Geoffrey Fisher; 1945—1961) к Святейшему Патриарху Алексию было дано описание переговоров Англиканской Церкви с Поместными Православными Церквами в период между мировыми войнами и содержалась просьба создать двухстороннюю комиссию в составе ученых богословов для обсуждения вопроса о действительности англиканских рукоположений. Этот вопрос был поставлен на Московском совещании Глав и представителей Автокефальных Православных Церквей, созванном по случаю 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви и прошедшем с 3 по 10 июля 1948 года. В межправославной встрече участвовали представители всех Поместных Православных Церквей, кроме Константинопольской, Иерусалимской и Кипрской. Обсуждение его получило весьма широкое освещение. В итоге по результатам совещания в резолюции было отмечено, что признание действительности англиканской иерархии может основываться только на единстве веры с православием, которое должно быть утверждено руководящими органами Англиканской Церкви и, в частности, на принятии правильного учения о таинстве священства и всех вообще Таинствах, и что «…при установлении такого вожделенного единства признание действительности англиканских хиротоний может быть осуществлено по принципу Икономии единственно авторитетным для нас соборным решением всей Святой Православной Церкви». Решение, принятое на этом совещании, с которым согласились представители Поместных Православных Церквей, поддержавших вышеупомянутое постановление Патриарха Мелетия IV 1922 года, таким образом, выражало невозможность безусловного признания Православной Церковью действительности англиканских рукоположений. В то же время представители Поместных Православных Церквей одобрили продолжение диалога с Англиканской Церковью[11].

В июле 1955 года в Англию направилась, по приглашению Британского Совета Церквей, делегация представителей Христианских Церквей Советского Союза. Делегацию от Русской Православной Церкви возглавлял Митрополит Минский и Белорусский Питирим, Англиканскую — епископ Дарэмский Майкл Рамсей[12] (впоследствии — архиепископ Кентерберийский). На собеседовании между представителями Русской Православной и Англиканской Церквей в Ламбетском дворце была выработана повестка дня богословской конференции, которая должна была состояться в Москве в июле 1956 года. На обсуждение были поставлены следующие темы: 1. вопрос о доктрине и мнении; 2. Священное Писание и Священное Предание, Символ веры и Соборы; 3. Filioque; 4. сущность Церкви; 5. о Таинствах и особое учение о Св. Евхаристии; 6. об обрядах Православной Церкви.

В 1956 году представители Англиканской Церкви были приглашены в Москву на богословскую конференцию, которая была посвящена уяснению вопросов и условий церковного единства двух христианских конфессий. На заседаниях конференции 16–23 июля проводились дискуссии по вопросам природы Церкви, Символов веры и значения Filioque, доктрины и ее выражения в Священном Предании, учения о Таинствах в православной практике и формулировок «39 членов» англиканского вероисповедания. Некоторые из этих вопросов уже были предметом обсуждения в 1931 и 1935 годах. По ряду вопросов было установлено единство богословских взглядов[13]. Было также признано желательным продолжение в дальнейшем изучения интересующих обе Церкви богословских вопросов и проведение по ним дискуссий.

Значение Московской конференции 1956 года состоит в том, что на ней православных и англикан объединило общее стремление найти приемлемый для обеих Церквей путь к церковному единству. Это послужило тому, что Конференция 1956 года стала отправной точкой для дальнейших богословских встреч между представителями двух Церквей, наметив перспективы для развития дискуссий по доктринальным вопросам.

2. Основные темы совместных обсуждений

Анализируя содержание и итоги собеседований православных и англиканских богословов в первой половине XX века (по 1956 год включительно), можно идентифицировать восемь основных тем диалога, подвергавшихся обсуждению за рассматриваемый период.

2.1. Источники Откровения

Вопрос об источниках Откровения последовательно обсуждался: в 1930 году на первой Всеправославной встрече с англиканами в Ламбете; в 1931 году там же; в 1935 году в Бухаресте; в 1956 году в Москве. На этих встречах тема Откровения и его источников обсуждалась во всех подробностях. Результаты обсуждений отражались в соответствующих протоколах и фиксировались в соглашениях сторон.

В результате Ламбетских обсуждений источниками Божественного Откровения признаны Священное Писание и Священное Предание Церкви; этим последним восполняется, объясняется и истолковывается Священное Писание. Под Священным Преданием подразумеваются «истины, которые исповедаются единодушно и постоянно в неразделенной Церкви и которым Церковь учит под руководством Духа Святаго... Хотя они два — Писание и Предание — могут быть логически определены и различены, но в действительности они не могут быть отделены друг от друга и от Церкви»[14].

На Бухарестской конференции 1935 года стороны подтвердили вышеприведенное исповедание с небольшим дополнением: под Священным Преданием Комиссия подразумевает «истины, ведущие начало от Господа и апостолов и выраженные в определениях св. Соборов, в учении отцов и исповедуемые единодушно неразделенной Церковью»[15].

Можно сделать также вывод о том, что англикане и православные достигли некоторой степени взаимопонимания в вопросе о Св. Писании и Св. Предании и на Московских собеседованиях 1956 года. В вопросе о Священном Писании стороны констатировали, что обе Церкви — Православная и Англиканская — содержат один и тот же канон книг Священного Писания; обе Церкви одинаково считают неканонические книги не богодухновенными, но назидательными и поучительными. Что касается понятия богодухновенности, оно подробному рассмотрению не подвергалось, хотя и были отдельные высказывания о различном понимании православными и англиканами объема человеческого элемента в Священном Писании.

В вопросе о Священном Предании было установлено, что обе Церкви содержат богодухновенное Священное Предание, понимая под этим Преданием богооткровенные истины, переданные от апостолов через отцов; Священное Писание не противоречит Священному Преданию, поскольку то и другое является откровением одного и того же Святого Духа, а потому, хотя в богословии можно их разделять, в жизни Церкви они неотделимы одно от другого.

Священное Писание разъясняется и преподается в свете Священного Предания. В Православной Церкви Священному Преданию придается такое же значение самостоятельного источника вероучения, как и Священному Писанию. Англиканская Церковь считает, что Священное Предание не может добавить к содержанию Священного Писания ничего необходимого для веры[16], и здесь налицо богословское расхождение сторон.

2.2. Авторитет Церкви

Как можно видеть из протоколов и заявлений, принятых по итогам различных встреч православных и англикан, Церковь как система догматов не обсуждается сторонами сама по себе, но только в связи с непогрешимостью, доктриной, таинствами, евхаристическим общением, в контексте икономии и т. д. Стороны, тем не менее, единодушны в том, что Церковь есть тело Христово, и видимое, и невидимое, сокровищница благодати Божией, правильно и непогрешимо проповедующая Слово Божие, руководимая Господом, который есть Глава этого Тела, и наставляемая Духом Святым.

Остается не до конца проясненным вопрос членства в Церкви. Другими словами, кто те члены, которые составляют Ее тело, тело Христово. В соответствии с православным воззрением, Церковь никогда не лишится своей видимой природы, потому что православный народ никогда не исчезнет. Исходя из этого, можно заключить, что только Православная Церковь и есть искомый член Церкви. Но термин ecclesia, как следует из официальных документов, применяется уполномоченными православными участниками рассматриваемых встреч и к Англиканской Церкви. Это означает, что Православная Церковь распространяет свое существование и за свои собственные пределы и признает существование христиан, не принадлежащих к ней. Следовательно, либо признавая действительность англиканских крещений, либо принимая скрытое действие Святого Духа, Православная Церковь по икономии признает неправославных христиан в качестве членов Церкви, которая именуется и признается таковой.

Далее, сложившаяся практика некоторых Поместных Православных Церквей, имевшие место встречи англиканских епископов с православными Патриархами, обмен архиерейскими наперсными крестами, панагиями и литургическими сосудами, письмами по великим праздникам, в которых англиканские архиепископы и епископы именуются собратьями по епископскому служению, взаимное посещение православными и англиканскими иерархами евхаристических служб друг друга и присутствие там в собственных литургических облачениях и т. д.[17] не оставляют сомнения в том, что в Англиканской Церкви православные признают существование Церкви[18]. Или, как неоднократно повторяли православные архиереи и Патриархи, считают ее «здоровой, в принципе, кафолической церковью, союз с которой возможен… потому что она близка нашей Церкви по своему вероучению, богослужению и религиозной жизни». Так в разное время высказывались Константинопольские Патриархи Иоаким III и Мелетий IV, а также архиепископ Кикладских острововАлександр Ликург[19].

Тем не менее, ясно было, что концепция Церкви у англикан требует прояснения, в особенности: широко обсуждавшаяся на Московской конференции 1956 года «теория ветвей» (branch theory), а также принцип «всеобъемлемости» (comprehensiveness), следуя которому Англиканская Церковь считает своими членами людей, придерживающихся противоположных взглядов по вопросам веры.

2.3. Таинства

Дискуссии по поводу Таинств на рассматриваемых встречах православных и англикан всегда были продолжительными. В 1931 году по вопросу о Таинствах представители Англиканской Церкви заявили, что два Таинства — Крещение и Евхаристию — они считают первенствующими над прочими, что касается остальных — Священства, Покаяния, Миропомазания (или Конфирмации), Брака и Елеосвящения, — то хотя к ним в Книге общих молитв (Book of Common Prayer) специального термина «Таинство» (Sacramentum) не применяется, однако и эти священнодействия считаются сообщающими под внешним знаком внутреннюю духовную благодать, и потому они также могут быть названы Таинствами.

В отношении способа совершения Таинств стороны согласились в том, что допустимы различия обычаев и обрядов при условии неизменности существенной стороны Таинства. А по вопросу о взаимном допущении к Таинствам вынесли пожелание, чтобы этот пункт, а также и ряд других, связанных с ним, как можно скорее был поставлен на рассмотрение синодов англиканского исповедания и Святой Православной Церкви[20].

В 1935 году в Бухаресте делегациями было согласовано, что «Крещение и Св. Евхаристия — первое как вводящее нас в Церковь, второе как приобщающее нас Христу и через Него с Невидимою Церковью — возвышаются среди Божественных таинств. Мы согласны, что, как Священное Писание и Предание свидетельствуют в своих источниках, Конфирмация, Отпущение грехов, Брачное благословение, Св. Рукоположение и Помазание болящих имеют в себе также таинства, в которых, при отправлении внешне видимых признаков, снисходит невидимая духовная благодать».

В 1955 году на совещании в Ламбетском дворце англикане несколько изменили формулировку, заявив, что в англиканском исповедании утверждается, что два Таинства — Крещение и Причащение, установленные Господом, — считаются основными и необходимыми для спасения; что касается остальных — Конфирмации, Священства, Брака, Отпущения грехов, Соборования, — то хотя нет официального документа, определяющего их как Таинства, но «о них часто говорят как о таинствах члены Англиканской церкви всех разветвлений»[21].

В 1956 году на дискуссии в Москве богословы Православной Церкви утверждали, что все Таинства являются богоучрежденными как установленные или самим Спасителем, или по Его повелению апостолами. Таинств семь: это Крещение, Миропомазание, Покаяние, Причащение, Священство, Брак и Елеосвящение. Учение Православной Церкви о Таинствах, их сущности и количестве основано на Священном Писании, Священном Предании, постановлениях Вселенских Соборов и свидетельствах отцов Церкви. Православная Церковь совершает Таинство Елеосвящения над больными с упованием на исцеление их, как учит о том апостол Иаков (5, 14—15), и значения предсмертного напутствия, в отличие от Римско-Католической Церкви, этому Таинству не придает.

С англиканской стороны было заявлено, что православная точка зрения находится в согласии с основами вероучения Англиканской Церкви, которая, однако, по-прежнему делает различение между Таинствами Крещения и Причащения, установленными, по Священному Писанию, Самим Христом, и остальными пятью…

2.4. Апостольское преемство и действительность англиканских рукоположений

Вопрос о действительности англиканских рукоположений подвергался исследованиям постоянно, причем мнения православных богословов различались зачастую довольно существенно, хотя дело никогда не доходило до прямого антагонизма. При существовавшем разнообразии мнений Синоды различных Поместных Православных Церквей выносили собственные определения по данному вопросу. Так, Константинопольская, Александрийская, Иерусалимская, Румынская и Кипрская Православные Церкви в своих синодальных решениях дали положительную оценку по вопросу о действительности англиканских рукоположений. Синод Константинопольской Патриаршей Церкви признал в 1922 году законность англиканской иерархии и наличие в ней апостольского преемства благодати, о чем Константинопольский Патриарх Мелетий IV специальной энцикликой известил архиепископа Кентерберийского и представителей Православных Церквей Востока, постановив, что рукоположения епископов, иереев и диаконов, совершаемые в Англиканской епископальной Церкви, столь же действительны, как рукоположения католиков, старокатоликов и армян.

В 1923 году такое же признание последовало со стороны Иерусалимского Патриархата, а в 1930 году, после дискуссий в Ламбетском дворце между делегацией Александрийской Церкви и представителями англиканства, со стороны Александрийской Патриархии, объявившей даже, что «священников, рукоположенных англиканскими епископами и желающих перейти в Православие, не следует рукополагать заново, равно и англикан-мирян не нужно перекрещивать»[22].

Румынская Православная Церковь решением своего Синода от 6 июня 1935 года объявила, что, по результатам Бухарестской встречи с англиканами, она признает действительность англиканских рукоположений.

Аналогичным путем пошли и Православные Церкви Иерусалима и Кипра. Декларация Синода Кипрской Церкви, признавая действительность англиканского священства, исключила, тем не менее, возможность евхаристического общения с Англиканской Церковью до достижения полного согласия по доктринальным вопросам.

Прочие Поместные Православные Церкви не приняли никакого решения по данному вопросу, но выразили во всяком случае намерение исследовать его, и хотя и не высказались явно в положительном ключе, тем не менее, согласились (как, например, Русская Православная Церковь) принимать решение по каждому отдельному случаю желания англиканского священника перейти в православие — рукополагать его заново или нет. Так решила и Элладская Православная Церковь. Таким образом, стало очевидно, что для окончательного решения данного вопроса требуется соборное постановление всей полноты Православной Церкви. Проф. Гамилькар Аливизатос, к тому времени уже ветеран экуменического движения[23], исследуя различные православные точки зрения и синодальные решения, заметил, что Православной Церкви следует «…воздержаться от перерукополагания англиканского клира, потому что подобное решение будет противоречить, главным образом, каноническому порядку»[24].

В 1948 году на обсуждение также был вынесен вопрос об англиканских хиротониях. Делегаты православной конференции, рассматривая учение «39 членов» англиканского вероисповедания», пришли к выводу, что современная англиканская иерархия может получить от Православной Церкви признание благодатности ее священства, если между Православной и Англиканской Церквами предварительно установится формально выраженное единство веры и исповедания.

2.5. Filioque

В ходе переговоров, состоявшихся в 1920 году, англикане признали неправильность Filioque, указав, однако, на нежелательность изменять вековую традицию произнесения Символа веры на Западе. «Условия евхаристического общения…» 1921 года в пп. 7 и 8 повторяют ту же мысль в отношении неканонической прибавки к Символу веры и отрицают существование двух принципов или источников божественной природы (Godhead)[25].

В 1931 году в Ламбете Смешанная православно-англиканская богословская комиссия признала прибавку Filioque к Символу веры незаконной, но, отметая всякое утверждение о наличии в Божественной Троице двух начал, сочла допустимым в качестве частного богословского мнения учение Иоанна Дамаскина и некоторых ранних восточных отцов о том, что Дух Святой исходит от Отца чрез Сына (per filio).

На Московском собеседовании 1956 года вопрос поднимался вновь и православные богословы тогда заявили, что Никео-Цареградский Символ веры в его соборном определении (то есть без добавления Filioque), как принятый всей Церковью, является Вселенским Символом веры, а исповедание Никео-Цареградского Символа с добавлением Filioque несовместимо с соблюдением чистоты вероучения и недопустимо по 7-му правилу III Вселенского Собора.

Англиканские делегаты признали, что Filioque введено на Западе в Никео-Цареградский Символ веры неканонично и безавторитетно. Принципиально они согласились, что Filioque не должно было быть введено, однако подчеркнули, что не считают эти слова ересью и что исповедуемая Англиканской Церковью вера идентична с верой Вселенских Соборов и Символом веры в его первоначальном виде.

2.6. Вселенские Соборы и их постановления

Что касается Символов веры, Англиканская Церковь признает Никейский Символ в 8 члене своего исповедания: «Следует полностью принимать и исповедовать Никейский Символ веры и Символ, обычно называемый Апостольским, содержание которых зиждется на не вызывающих сомнений предписаниях Священного Писания»[26], хотя в богослужебном употреблении большее применение имеет Апостольский Символ и отчасти Афанасиев Символ. Однако в догматическом отношении основным выражением вероучения Вселенской Церкви и Англиканская Церковь считает Никео-Цареградский Символ.

Из семи Вселенских Соборов нераздельной Церкви шесть первых всегда признавались и признаются Англиканской Церковью в качестве истинных выразителей учения Вселенской Церкви, причем первые четыре Собора принимались большей частью как основоположные, а пятый и шестой — как дополнительные, но все же Вселенские. По отношению к VII Вселенскому Собору у англикан существуют известные предубеждения, сомнения и колебания. На Московской конференции 1956 года с англиканской стороны было сказано, что догматы Вселенских Соборов определили веру в таком виде, в каком она была принята в Англиканской Церкви, хотя не существует никакого официального указания относительно количества Соборов, которые должны быть признаны[27]. Представители Англиканской Церкви делали акцент на том, что наличие различных богословских мнений в Церкви во многом может служить к более полному уяснению понятия веры, а также для благовествования христианства людям, находящимся вне пределов Церкви.

2.7. «39 членов» англиканского вероисповедания

В англиканском вероисповедании относительно наиболее авторитетными, общепринятыми и общеобязательными являются Книга общих молитв и прилагаемые к ней «39 членов» религии. Между этими двумя источниками нет, однако, полного согласия, и «39 членов» имеют более выраженный протестантский характер, чем Книга общих молитв.

На встрече 1955 года в Ламбете епископ Дерби д-р Альфред Роулинсон в своем выступлении заявил, что «“39 членов” являются документом, ограниченным своей датой и временем… что в настоящее время его толкуют в свете Книги общих молитв и что в Англиканской церкви есть провинции, расположенные за пределами Великобритании, в которых на «39 членов»… не смотрят как на авторитетный документ»[28].

2.8. Обряды и обычаи

На Московской конференции 1956 года состоялась дискуссия по вопросу о смысле и значении обрядов и обычаев Православной Церкви.

Богословы Русской Православной Церкви указали, что почитание Божией Матери, молитвенное призывание святых, употребление икон и молитвы за умерших не являются обычаями, какие могут быть свойственны Поместной Церкви, а суть неизменные догматы Вселенской Церкви. Обрядовая сторона Таинств, чинопоследования служб и прочие молитвенные обряды являются в православном богослужении существенными внешними знаками испрошения и получения благодати и в главных и существенных своих частях ведут свое происхождение от апостолов. Ввиду этого они не могут подлежать отмене или произвольному изменению.

Англиканские богословы заявляли, что по вопросу о Таинствах их высказывания полностью согласуются с их же утверждениями на предшествовавших конференциях с православными в 1931 и 1935 годах.

Таким образом, к окончанию Московской конференции 1956 года участники православно-англиканских собеседований достигли взаимопонимания и/или соглашений по следующим вопросам: Англиканская Церковь принимает канон Св. Писания, соответствующий православному; принимает (в принципе) книги неканонические как назидательные и полезные; принимает богодухновенность Св. Писания (в канонической его части); таким же источником вероучения является Св. Предание, являющееся Откровением Божиим, преданное через апостолов и через святых отцов. Св. Предание не противоречит Св. Писанию. Эти два источника неотделимы друг от друга, хотя в богословии их можно разделять; Никео-Цареградский Символ веры является Вселенским Символом веры. Прибавление к нему Filioque неканонично и безавторитетно. Исхождение Святого Духа нужно понимать в смысле раскрытия этого учения у св. Иоанна Дамаскина; Церковь содержит семь Таинств: Крещения, Миропомазания, Покаяния, Причащения, Священства, Брака и Елеосвящения. Православные и англикане одинаково понимают освящение Святых Даров в Таинстве Евхаристии.

Неприемлемыми для православной стороны оказались следующие положения англиканского вероучения: Англиканская Церковь придает Священному Писанию исключительное значение. В этом смысле Священное Предание, по мнению англикан, не может добавить к содержанию Священного Писания ничего необходимого для веры; объем Священного Предания Англиканской Церковью не установлен, при этом «39 членов» лишь частично и не совсем точно отображают ее верования; англиканами не определены точно Вселенские Соборы, постановления которых лежат в основе их догматических верований. Отдельные представители Англиканской церкви выражают неуверенность в необходимости признания V, VI и VII Вселенских Соборов; англиканские богословы отрицают основания для употребления Никео-Цареградского Символа веры без добавления Filioque, не считая само это выражение ересью, а потому и не полагают необходимым удалить Filioque из Символа; высокое значение в жизни англикан имеют лишь два Таинства – Крещение и Причащение, как установленные Самим Христом и поэтому являющиеся основными Таинствами, – в то время как остальные пять Таинств носят второстепенный характер и ставится под сомнение их величайшее достоинство. Не было достигнуто взаимопонимания и по вопросам почитания икон, святых, Божией Матери и молитвы за умерших.



[1] V. T. Istavridis. Orthodoxy and Anglicanism, 25. London: SPCK, 1966.

[2] The Rev’d Canon Hugh Wybrew. “Anglican-Orthodox and Anglican-Roman Catholic Theological Dialogue”. InTheoforum 39:2 (2008) 218.

[3] Для архиепископов Кентерберийских здесь и далее в скобках указываются годы правления.

[4] An Appeal To All Christian People from the Bishops Assembled in the Lambeth Conference of 1920.

[5] The Eastern Churches Commission.

[6] “Terms of Intercommunion suggested between the Church of England and the Churches in Communion with her and the Eastern Orthodox Churches”. In G. K. A. Bell. Documents on Christian Unity, First Series, 77–87. London, 1924.

[7] Мелетий (Метаксакис) был единственным в истории Православной Церкви лицом, последовательно возглавлявшим три различные Поместные Православные Церкви: Архиепископ Афинский и всея Эллады (1918—1920 как Мелетий III), Константинопольский Патриарх (1921—1923 как Мелетий IV), Папа и Патриарх Александрийский (1926—1935 как Мелетий II).

[8] Lambeth Occasional Reports1931–8, 87. London: SPCK, 1948.

[9] Arthur Cayley Headlam (1862—1947).

[10] The Christian East . 16 (1936): 16–19; СкуратК. Е. История Поместных Православных Церквей. Т. 1. М., 1994. С. 228.

[11] Резолюция Московского совещания 1948 г. по вопросу «Об англиканской иерархии» // ЖМП. Специальный номер. 1948. С. 28-29.

[12] Arthur Michael Ramsey (1904—1988).

[13] Резюме собеседований русских православных и английских богословов, принятых на заседаниях 16‑23 июля 1956 г. // ЖМП. № 9 1956. С. 36.

[14] LambethOccasionalReports, 49–53. London: SPCK, 1948.

[15] Report of the Bucharest Conference, June 1935, 7–8. Bucharest, 1966.

[16] H. M. Waddams, ed., Anglo-Russian Theological Conference (Moscow, July 1956), xvii–xviii. London: Faith, 1958.

[17] Так, в 1943 году архиепископ Йоркский Сирил Гарбетт (Cyril Forster Garbett, 1875—1955) и англиканские каноники присутствовали в своих облачениях на торжественном богослужении в Патриаршем соборе в день праздника Рождества Пресвятой Богородицы; в 1945 году во время своего пребывания в Англии митрополит Николай (Ярушевич) в архиерейском облачении, по предложению архиепископа Кентерберийского, благословлял множество собравшихся верующих; в 1956 году 18 июля — в день празднования памяти преп. Сергия Радонежского — англиканские епископы в полных облачениях, сопровождаемые канониками, также облаченными, торжественной процессией проследовали в Троицкий собор, где молились за Литургией, находясь на отведенных им местах возле раки преп. Сергия, а в день праздника в честь Казанской иконы Пресвятой Богородицы (21 июля) присутствовали за Божественной Литургией в Патриаршем Богоявленском соборе, снова в полном облачении, и, находясь в алтаре, были свидетелями архиерейской хиротонии, которую совершил Святейший Патриарх Алексий с сослужившими ему архиереями. Приветствуя гостей после Литургии в помещении Патриархии, Святейший Патриарх Алексий возложил на архиепископа Йоркского Майкла Рамсея золотой крест, драгоценные кресты были также возложены на епископа Дерби Альфреда Роулинсона и епископа Оксфордского Гарри Карпентера.

[18] Introduction to the theological dialogue of Anglicans and Orthodox: The Fourth Pan-Orthodox conference, Belgrade, 1966. By His Eminence Metropolitan Athenagoras of Thyateira and Great Britain. Athens, 1967. P. 26.

[19] V. T. Istavridis, op. cit., pp. 101–112.

[20] Report of the Bucharest Conference…, 10.

[21] ЖМП. № 6 1956. С. 66.

[22] Introduction to the theological dialogue of Anglicans and Orthodox…,31.

[23] Гамилькар Спиридон Аливизатос (1887—1969) – греческий богослов, профессор канонического права и пастырского богословия (Афины, 1919), доктор богословия (Оксфорд, 1938; МДА, 1962), действительный член Афинской Академии наук (1962). При его участии в 1948 году на ассамблее в Амстердаме Элладская Православная Церковь вошла во Всемирный Совет Церквей. В качестве представителя Синода Элладской Церкви вошел в Комиссию ВСЦ «Вера и устройство», в дальнейшем участвовал во всех значительных ее съездах.

[24] Introduction to the theological dialogue of Anglicans and Orthodox…,32.

[25] Terms of Intercommunion suggested between the Church of England and the Churches in Communion with her and the Eastern Orthodox Churches . Documents pp. 22–32.

[26] Первоначальный текст этого члена, одобренный Королевской санкцией в 1571 году и повторно утвержденный в 1662 году, назывался «О трех Символах веры» и начинался словами «Три Символа веры: Никейский Символ веры, Афанасиев Символ и Символ, обычно называемый Апостольским…».

[27] Резюме собеседований русских православных и английских богословов, принятых на заседаниях 16‑23 июля 1956 г. // ЖМП. № 9 1956. С. 35–36.

[28] ЖМП. №6 1956. С. 66.

Печать E-mail

Для публикации комментариев необходимо стать зарегистрированным пользователем на сайте и войти в систему, используя закладку "Вход", находящуюся в правом верхнем углу страницы.

Интернет СОБОР
При использовании материалов сайта активная ссылка на http://internetsobor.org обязательна
© 2012 http://internetsobor.org Все права защищены

Find us on Google+

RizVN Login
Powered by Warp Theme Framework