Интернет Собор / Internet Sobor 
truth and dignity 
АКТУАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

Святитель Филарет, митрополит Московский. Слово в неделю о мытаре и фарисее

Слово въ недѣлю мытаря и фарисея.

Глаголю вамъ, яко сниде сей оправданъ въ домъ свой паче онаго (Лук. 18, 14). 1861 г.)

Притчу о мытарѣ и фарисеѣ, которую нынѣ мы слышали въ Евангельскомъ чтеніи, Христосъ Спаситель оканчиваетъ тѣмъ, что фарисей пошелъ въ домъ свой какъ осужденный, или неоправданный, а мытарь какъ оправданный. Сниде сей оправданъ въ домъ свой паче онаго.

Но развѣ они были въ судилищѣ? Развѣ надъ ними производился судъ? Они были въ церкви. Они молились.Отсюда открывается видъ на церковь и на молитву, который, вѣроятно, не всѣ довольно примѣчаютъ и пріемлютъ во вниманіе. Входя въ церковь, становясь на молитву, мы всего скорѣе представляемъ себя просителями, а Бога подателемъ благъ.

Это справедливо: но это не все. Слово Христово показываетъ, что церковь, будучи домомъ молитвы, въ тоже время есть и судилище Божіе. Ты молишься: а невидимый Судія внемлетъ не только словамъ твоимъ, но и мыслямъ и чувствованіямъ сердечнымъ, и производитъ надъ тобою праведный судъ. Ты окончишь молитву: и пойдешь отсюда или оправданный или неоправданный, или даже осужденный. Пророкъ сказалъ о комъ-то: молитва его да будетъ въ грѣхъ (Псал. 108, 7). Видно, есть кто-нибудь, надъ кѣмъ сбывается сіе слово: потому что Пророки не говорятъ словъ на вѣтеръ.

Итакъ, молитвенники, надобно намъ позаботиться, какъ бы избѣгнуть осужденія, какъ бы достигнуть оправданія. Для сего посмотримъ, какъ достигъ оправданія мытарь, какъ не достигъ фарисей.

Искусный и крѣпкій молитвенниче, Святителю Алексіе! Осѣни твоимъ благословеніемъ умы и сердца поучающихся молитвѣ, да не уклонится слово наше отъ слова Христова; да уразумѣютъ слушающіе внутренно болѣе, нежели изречетъ внѣшнее немощное слово.

Фарисей ставъ, сице въ себѣ моляшеся: Боже, хвалу Тебѣ воздаю. Кажется, это не худая молитва.

Фарисей молится въ себѣ, то есть, внутренно, мысленно, сердечно: это лучше нѣкоторыхъ изъ насъ, которыхъ уста произносятъ молитву, а сердце ея не чувствуетъ, и мысль не рѣдко уклоняется отъ нея къ постороннимъ предметамъ, или, которые слушаютъ церковное чтеніе и пѣніе ухомъ тѣлеснымъ, но не отверзаютъ глубокимъ вниманіемъ слуха внутренняго, и не одушевляются духомъ молитвы. По такимъ расположеніямъ надлежитъ опасаться, чтобы намъ не остаться болѣе чуждыми оправданія, нежели неоправданный фарисей.

Фарисей воздаетъ хвалу Богу: и это лучше нѣкоторыхъ изъ насъ, которые въ молитвѣ помышляютъ болѣе о томъ, чтó нужно имъ, нежели о томъ, чтó угодно Богу, которые, какъ алчущіе наслѣдія отеческаго, а не любви, дѣти, приходятъ въ домъ Отца Небеснаго, чтобы просить себѣ нужнаго и ненужнаго, полезнаго и неполезнаго, а не для того, чтобы созерцать Его совершенства, чтобы исповѣдывать Его премудрость, благость, провидѣніе, помощь, благодѣянія, чтобы вкушать отъ Его любви и благодати, приносить Ему свою любовь, благодарность, хвалу и славу.

Фарисей — человѣкъ не безъ подвиговъ и не безъ добрыхъ дѣлъ. Пощуся, говоритъ онъ, двакраты въ субботу, десятину даю всего, елика притяжу. Поститься два дни въ недѣлю законъ ветхозавѣтной Церкви не предписывалъ; это былъ постъ, введенный частнымъ преданіемъ, и добровольно принятый фарисеемъ; изъ чего можно заключить, что тѣмъ паче неопустительно наблюдалъ онъ посты законные. Давать десятину, то есть, десятую долю отъ стада, отъ произведеній земли, отъ годоваго дохода, церкви, ея служителямъ и нищимъ, предписывалъ законъ, впрочемъ, не тщательно исполняемый въ послѣднія времена ветхозавѣтной Церкви: фарисей, дававшій десятину отъ всякаго пріобрѣтенія, конечно, былъ ревнитель закона лучше многихъ, — и, нельзя не признаться, лучше нѣкоторыхъ изъ насъ, которые не только не налагаютъ на себя добровольныхъ постовъ, но и установленные Церковію посты или явно нарушаютъ, или исполняютъ небрежно, изобрѣтая постъ роскошнѣе мясоястія, — которые не только десятой доли отъ своихъ пріобрѣтеній не отдѣляютъ на церковь и на ея служителей, и на нищихъ, но и скудную на сіе долю отдаютъ неохотно, какъ бы невольную дань, а не съ радостію, какъ жертву Богу. Повторяю: надлежитъ опасаться, чтобы не остаться намъ болѣе чуждыми оправданія, нежели фарисей неоправданный.

Но какъ же онъ не оправданъ? — Тотчасъ увидите.

Фарисей ставъ, сице въ себѣ моляшеся: Боже хвалу Тебѣ воздаю, яко нѣсмь якоже прочіи человѣцы. По-видимому онъ хвалитъ Бога: но въ самомъ дѣлѣ превозноситъ самого себя. Хвала Богу служитъ у него только средствомъ выраженія того, какъ онъ доволенъ собою, что онъ лучше другихъ. Посему не трудно понять, можетъ ли его молитва быть угодна Богу: это — кадило, изъ котораго восходитъ не благоуханіе благоговѣнія и умиленія, но смрадъ гордости и тщеславія. Понятно, почему онъ не можетъ быть оправданъ: провозглашая себя лучшимъ другихъ и безпорочнымъ, онъ не только говоритъ, самъ не зная что, какъ не сердцевѣдецъ, но и очевидно говоритъ неправду; потому что лучше его знающій человѣческую добродѣтель Апостолъ свидѣтельствуетъ: аще речемъ, яко грѣха не имамы, себе прельщаемъ, и истины нѣсть въ насъ (1 Іоан. 1, 8).

Научимся изъ сего, братія, какъ вообще не думать о себѣ высоко, такъ въ особенности не высокомудрствовать въ молитвѣ. Чтó тебѣ заглядываться на свои ничтожныя добродѣтели, когда надобно созерцать безконечныя совершенства Божіи? Чтó тебѣ хвалить себя, когда надобно прославлять Бога? Если ты наслаждаешься самъ собою: то конечно душа твоя не возжаждетъ къ Богу; а потому и благодать Его не прійдетъ упоить тебя отъ тука дома Его потокомъ сладости Его.

Фарисей въ молитвѣ не только хвалилъ себя, но и порицалъ другихъ. Нѣсмь якоже прочіи человѣцы, хищницы, неправедницы, прелюбодѣе, или якоже сей мытарь. Сихъ словъ не оправдаетъ и человѣкъ незлобивый и кроткій: какъ оправдаетъ ихъ Богъ всеблагій, человѣколюбивый, Котораго щедроты на всѣхъ дѣлѣхъ Его? Предъ лицемъ Божіимъ ты укоряешь ближняго, какъ порочнаго, какъ преступника, но Богъ имѣетъ его подъ своимъ провидѣніемъ, и милуетъ; итакъ, въ твоемъ укореніи ближияго не скрывается ли дерзновенное укореніе самого Бога, Который его милуетъ? И какая тебѣ польза высматривать пороки ближняго? Ты не дѣлаешься святымъ отъ того, что видишь его грѣшнымъ; напротивъ того, твое око, которое Богъ сотворилъ, и паки хочетъ сотворить чистымъ, самъ дѣлаешь лукавымъ. Ты ставишь сего мытаря между хищниками и неправедниками; но, можетъ быть, сей низкій въ глазахъ твоихъ Закхей, чрезъ часъ, какимъ-нибудь способомъ, поднимется выше, чтобы узрѣть Христа, и еще чрезъ часъ Христосъ о немъ скажетъ, яко и сей сынъ Авраамль есть (Лук. 19, 9). — Какими тогда глазами воззришь на того, котораго теперь порицаешь?

Опасное, братія, искушеніе, безъ нужды разсматривать недостатки и грѣхи другихъ людей, и прельщать себя мыслію, что мы не таковы, какъ они. — Точно, это значитъ прельщать самихъ себя. Глумясь надъ пороками ближнихъ, мы нарушаемъ заповѣдь любви къ ближнимъ; оскорбляемъ Бога, ихъ милующаго; оскверняемъ нашъ умъ нечистыми представленіями; подвергаемся опасности быть порицателями невинныхъ и даже будущихъ святыхъ; смрадомъ нечистыхъ воспоминаній растлѣваемъ благоуханіе молитвы; немирною совѣстію воспящаемъ сердце наше отъ восхожденія горѣ; и, конечно, не достигнемъ оправданія отъ Того, Который рекъ: не судите, да не судими будете.

Кто избавитъ насъ отъ сего искушенія? Кто намъ покажетъ надежный способъ достигнуть оправданія въ молитвѣ? — Сей мытарь, толико презираемый фарисеемъ. Мытарю поручилъ сіе Христосъ Спаситель въ словѣ притчи.

Мытарь, издалеча стоя, не хотяше ни очію возвести на небо, но біяше перси своя, глаголя: Боже, милостивъ буди мнѣ грѣшнику. Вотъ молитва, въ слѣдствіе которой мытарь сниде оправданъ въ домъ свой. Слѣдственно, здѣсь есть и для насъ образецъ молитвы, которая способна достигнуть оправданія.

Мытарь, вошедъ въ церковь, стоитъ вдали, ближе къ дверямъ храма, нежели къ его внутренней святынѣ. Чтó сдѣлаемъ мы по сему образцу? Станемъ ли тѣсниться въ притворѣ, оставивъ церковь пустою? — Сіе не было бы сообразно ни съ удобствомъ, ни съ порядкомъ церковнымъ. Кто можетъ, поколику можетъ, да подражаетъ и видимому образцу оправданной мытаревой молитвы: всякій же да тщится постигнуть духъ образа сего, и онымъ одушевиться!

Чтó значитъ мытарево стояніе вдали? — Страхъ Божій предъ святынею Божіею, чувствоваиіе своего недостоинства. И мы да стяжемъ и да сохранимъ сіи чувствованія!  О, Боже святыни и славы! Тотъ, котораго Ты оправдываешь, не дерзаетъ приближиться къ святынѣ Твоей: какъ же дерзаю я, достойный тысячекратнаго осужденія, входить во внутренность Твоего святилища, прикасаться къ святынѣ Твоей, которой Ангелы со страхомъ служатъ, приступать къ таинствамъ Твоимъ, въ которыя Ангелы желаютъ приникнуть? Даруй мнѣ страхъ и трепетъ и самоосужденіе, да не осудитъ меня мое дерзновеніе.

Мытарь не хочетъ и очей возвести на небо. Чтó сіе значитъ? — Смиреніе. Итакъ, имѣй смиреніе въ молитвѣ: и будешь имѣть молитву оправдывающую.

Мытарь біетъ себя въ перси. Чтó сіе значитъ? — Сокрушеніе сердца о грѣхахъ и покаяніе. Итакъ, имѣй и ты сіи чувствованія. — Сердце сокрушенно и смиренно Богъ не уничижитъ.

Чтó ознаменовалось видимыми образами молитвы мытаревой: тó же выражаютъ и слова: Боже, милостивъ буди мнѣ грѣшнику. Мытарь не опирается на свои дѣла, подобно фарисею, но уповаетъ на милосердіе Божіе. Съ біеніемъ себя въ перси называя себя грѣшникомъ, онъ чрезъ сіе исповѣдуетъ, что правосудіе Божіе требуетъ добродѣтели, и осуждаетъ грѣхъ; что онъ, какъ грѣшникъ, признаетъ себя достойнымъ осужденія, и уже чувствуетъ свое осужденіе; что желаетъ избавиться отъ грѣха, и вмѣстѣ сознаетъ свое безсиліе, избавиться отъ онаго. Когда же, вмѣстѣ съ симъ, проситъ у Бога милости, не представляя ни права, ни побужденія: то симъ исповѣдуетъ вѣру въ безконечное милосердіе Божіе и въ благодать, по вѣрѣ оправдывающую и спасающую грѣшника, возраждающую и возсозидающую человѣка на дѣла благая, да въ нихъ ходитъ.

Такимъ образомъ, молитва мытаря есть молитва покаянія и смиренія, и, вмѣстѣ, молитва вѣры и упованія. Съ такою молитвою да входимъ въ церковь, и да пребываемъ въ ней, да возглаголетъ милосердый Господь и намъ, яко снидемъ оправданы въ домъ свой. Аминь.

(Говорено въ Чудовѣ монаст. февраля 12; напечатано въ Твор. Св. От. 1850 г. и въ собран.

Источникъ: Сочиненія Филарета, митрополита Московскаго и Коломенскаго. Слова и рѣчи. Томъ V (послѣдній): 1849-1867. — М.: Типографія А. И. Мамонтова и К°, 1885. — С. 66-71.

Источник.

Печать E-mail

Комментарии   

# RE: Святитель Филарет, митрополит Московский. Слово в неделю о мытаре и фарисееПротоиерей Евгений 31.01.2015 22:18
Откуда у современных иконописцев, пошла практика, изображения святителей в мантии и омофоре?
Иконографически й канон предполагает изображение в полном богослужебном облачении. Если омофор, то должен быть саккос и митра. Часто конечно изображали и без митры.
Неканоническая икона...?
# RE: Святитель Филарет, митрополит Московский. Слово в неделю о мытаре и фарисееМитрополит Агафангел 01.02.2015 04:29
Древних святителей (напр. Василия Великого) изображали следуя исторической правде - без митры, в фелони, без панагии - таково было тогда облачение архиерея. Ближе к нашему времени (напр. Иоасафа Белгородского) - уже в митре, саккосе и панагии. Еще и с жезлом. Святителя Николая в двух видах изображают. Правильнее, я думаю, в фелони - во времена, когда он жил, саккосов и митр не было. А святителя Филарета следует изображать, конечно, так, как сейчас архиереи облачаются.
# RE: Святитель Филарет, митрополит Московский. Слово в неделю о мытаре и фарисееПротоиерей Евгений 01.02.2015 14:04
Хороший "современный канон" выработали наши джорданвильцы о.Киприан, вл.Алипий и наш о.игумен Андрей. Интересно, пишет ли он сейчас или оставил иконописание?

Для публикации комментариев необходимо стать зарегистрированным пользователем на сайте и войти в систему, используя закладку "Вход", находящуюся в правом верхнем углу страницы.

Интернет СОБОР
При использовании материалов сайта активная ссылка на http://internetsobor.org обязательна
© 2012 http://internetsobor.org Все права защищены

Find us on Google+

RizVN Login
Powered by Warp Theme Framework